Когда ничего не происходит и нет заданий от Вулфа, я, покончив с утренними заботами, обычно выхожу размять ноги, поглазеть на город и на людей, главным образом на женщин. Но в то утро я пропустил моцион – вдруг ДНВ заглянет или позвонит… Нет, я совершенно искренне пожал плечами, но не будешь же пожимать плечами целый день.

Оказалось, что я напрасно лишил себя прогулки, потому что звонок раздался лишь в четверть двенадцатого, уже после того, как Вулф спустился в кабинет из оранжереи под крышей, где каждое утро проводит два часа со своими орхидеями. Он поставил в вазу на столе ветку Cymbidium Doris и разместил свою тушу весом одну седьмую тонны в сделанном на заказ кресле необъятных размеров.

Когда зазвонил телефон, Вулф пристально разглядывал обложку книги, доставленной в то утро на его имя.

– Кабинет Ниро Вулфа. Арчи Гудвин слушает.

– Алло, это Арчи Гудвин?

Три человека из десяти обязательно переспросят. Меня в таких случаях так и подмывает ответить: «Нет, это дрессированная собака» – и посмотреть, что будет дальше, но тогда возникает риск быть облаянным. Поэтому я ответил просто:

– Да. Собственной персоной.

– Говорит Джеймс Невилл Вэнс. Вы сегодня получали что-нибудь от меня по почте?

Его голос никак не мог выбрать между визгом и фальцетом, но обладал худшими свойствами и того и другого.

– Похоже на то, – ответил я. – Конверт с письмом.

– И с вложением.

– Точно."

"– Пожалуйста, уничтожьте его. Сожгите. Я собирался… Не важно, это уже не имеет значения. Я ошибся. Простите, что побеспокоил.

Он дал отбой.

Я положил трубку на рычаг и развернулся. Вулф открыл книгу на титульной странице и уставился на нее так же, как мужчина смотрит на хорошеньких девушек.

– Я отвлеку вас, если можно, – обратился я к нему. – В почте вроде ничего срочного, поэтому я хотел бы заняться одним делом, не то личным, не то по работе, пока не разобрался. – Я достал из ящика конверт, письмо и вложение, поднялся и отнес все Вулфу. – Исходя из того, что вот это пятно на галстуке – кровь, можно предположить, что некто зарезал или застрелил Джеймса Невилла Вэнса и сумел избавиться от трупа, но не сообразил, что делать с галстуком, и поэтому послал его мне. А сейчас позвонил человек-волынка, сказал, что он и есть Джеймс Невилл Вэнс и что он ошибся, и попросил меня сжечь то, что прислал по почте.

Получается, что…

– Волынка?

– Я имел в виду, что у него ужасно визгливый голос. Так вот, получается, что сам он не мог сжечь галстук за неимением спички и теперь выдает себя за Джеймса Невилла Вэнса, который владеет или владел целой кучей различной недвижимости, и мой долг как гражданина и лицензированного частного детектива поймать и изобличить…

– Вздор! Какой-то олух развлекается.

– Ладно.