Правильно заметил Егорыч: война солдату водку отмеривает кружкой, да и то только перед боем, а лиха – мерным ведром, иногда по нескольку раз на дню.

Что со мной происходит, в следующее мгновение подумал он и с беспокойством посмотрел по сторонам. Это что, страх? Или настолько расшатались нервы? Давно его так не трясло.

Воронцов стиснул зубы, стараясь преодолеть себя. Закрыл глаза, но тут же перед ним встала Зинаида с детьми, и он подумал с жалостью к ним и к себе: как хочется вернуться домой живым и здоровым! Как же хочется!.. Все, все, довольно. Он открыл глаза.

Впереди в такт шагу покачивались деревья. Левее все еще виднелась просека. Он посмотрел на просеку, где несколько минут назад исчезла группа Нелюбина. Теперь он беспокоился за друга, которому предстояло выполнить непростое задание. В бою им было все же легче. Их роты, Восьмая и Седьмая, всегда стояли в обороне рядом, и вперед шли бок о бок, и там они всегда имели возможность помочь друг другу то огнем, то маневром. А теперь…

Здесь, в лесу, была другая война. Более жестокая. И враг перед тобой появлялся не в дальней цепи, по которой молотили все минометы поддержки, все пулеметы всех взводов, и там его можно было остановить на расстоянии.

Тут он появлялся неожиданно, в двух шагах. И ты вынужден смотреть ему в глаза. А иногда и слышать его имя, которое он произносил сам, на твоем родном языке.

Но почему это имя, снова, – русское?

Глава шестнадцатая

Когда исчез Сакович, Радовский сразу понял, где надо искать упавший советский самолет. Прочесывать малочисленными группами огромный, к тому же сильно заболоченный массив Чернавичской пущи равносильно поискам иголки в стогу сена.

Но тем, кто послал его на это задание, нет никакого дела ни до стога, ни до иголки. Вернее, так: иголка должна быть найдена, и как можно быстрее. И неважно, где она будет найдена, в стогу сена или в Чернавичской пуще. Пока ее не выхватили из-под носа Советы.

Сакович… Сакович… Андрей Сакович не из тех, кто мог уйти на ту сторону или по неосторожности утонуть в болоте. Сакович сам кого хочешь утопит. Если только нарвался на ровню и попытался действовать в одиночку…

История Андрея Юрьевича Саковича могла бы быть обычной историей перебежчика.

Год назад под Спас-Деменском 4-я и 9-я полевые армии, составляющие основные силы группы армий «Центр», готовясь к грандиозному, как тогда говорили в штабах и в окопах, наступлению на Курский выступ, начали планомерный отход на линию «Буйвола» с целью спрямления фронта и высвобождения дивизий для последующей переброски их на южный участок {4}."

"У северного основания Ржевско-Вяземского выступа на советской стороне позиции занимала 43-я армия {5}.