– Как по-вашему, кто мог убить Лили Понс? – спросила Амалия.

– Никто, – сухо ответила Ева. – Я хочу сказать, я плохо представляю, чтобы она могла стать чьей-то жертвой. В свое время болтали всякое, но я не слишком верила слухам.

– И что же говорили?"

"– Среди ее гостей был некий Антуан Лами. Я его знала, потому что однажды он написал пьесу – крайне убогую – и хотел, чтобы я играла главную роль. Но я видела, что это бесполезная трата времени. Ну и сам Лами, честно говоря, был мне не по душе. Он увлекался групповыми оргиями, – Ева поморщилась, – а в ту пору еще и нюхал кокаин.

Про его времяпровождение такое рассказывали… В общем, когда Лили не стало, пошел слух, что Лами переборщил с… ну, сами понимаете… и нечаянно убил ее. Ведь Лили была его любовницей, еще до того, как Робер Делотр увидел ее в каком-то представлении и потерял голову настолько, что решил на ней жениться…

– Лили Понс нашли в постели, – медленно проговорила Амалия. – В ее спальне. Скажите, а ничего неизвестно о тех, кто еще принимал участие в этих оргиях? Может быть, его пасынок Эрнест Ансельм или братья мужа Лили?

– Эрнест терпеть не может своего отчима, – тотчас же ответила Ева.

 – Виду, конечно, не подает и старается с ним не ссориться, но тем не менее. Насчет Делотров я ничего не знаю. Один из моих друзей утверждал, что они буржуазны, добродетельны и скучны, и все их семейство такое. Но я, сами понимаете, ими не интересовалась.

– А как насчет Оноре Парни?

– Ну… Если ему представлялась возможность развлечься, да еще за бесплатно, он никогда ее не упускал. Кстати, я тут вспомнила кое-что, но не знаю, насколько вам будет интересно…

– Скажите, и тогда увидим.

– Ну что ж… Одним словом, Парни в тот год не собирался уезжать из Парижа, но тут всплыло крайне некрасивое дело.

Короче, он совратил несовершеннолетнюю. Есть, правда, маленький нюанс – я видела эту девицу, ей на вид можно дать двадцать пять лет, а то и все тридцать. Словом, Оноре попался. В итоге ему пришлось заплатить кучу денег, и до суда, конечно, не дошло. Говорили, кстати, что все замять ему помог Лами – будто бы он собаку съел на таких делах…

– А что вы можете сказать об адвокате Гийо?

– О-о, это тот еще тип… В суде он всегда был на высоте.

Ему ничего не стоило доказать, что дважды два – пять и даже двадцать пять… Он умел вытаскивать самые неприглядные факты прошлого и уничтожать любого человека, который стал бы свидетельствовать против его клиента. В обычной обстановке он, кстати, был мил, очень приветлив… но я никогда ему не верила. Было в его сердечности что-то, знаете, от гадюки, которая притворяется милой и хорошей, но в любой момент может укусить.

– Скажите, мог бы он участвовать в подлоге, к примеру, или уничтожить важные бумаги?

– Вполне.