– Не знаю. Может быть, она узнала мсье Майена и хотела сказать: «Бедный Жан», но первая буква у нее не получилась, и она сказала: «Бедный Ан…»

– Нет, – покачал головой молодой человек, – я по глазам понял, что она думала вовсе не обо мне… Впрочем, наверное, теперь это совершенно неважно.

– Полагаю, если я напечатаю в газете, как все было, Жерве подаст на меня в суд? – поинтересовался практичный Габриэль. – И выиграет иск?

– Даже не сомневайтесь в этом, – усмехнулся Анри.

Когда все стали расходиться, Амалия удержала обоих полицейских.

– Господин комиссар… Не выпускайте Леона Жерве из виду.

– Вы хотите сказать, что он может прикончить кого-нибудь еще? – с любопытством спросил Анри.

– Нет. Наоборот, я думаю, он может стать жертвой – как убийца Лили Понс.

Бюсси исподлобья покосился на Амалию.

– Вы хотите сказать, что…

– Я хочу сказать, что если вы до сих пор не нашли пишущую машинку и более того – нет никаких свидетельств, что Эрнест Ансельм вообще писал угрожающие письма, возможно, в деле замешан еще один человек. Мне и самой не по душе эта версия, но мы обязаны считаться с фактами. Если Ансельм каким-то образом помешал тому, что некий безумец считает делом своей жизни, не исключено… не исключено, что тот убил его за это. Так что присматривайте за Леоном Жерве, комиссар. Как только одержимому станет известно, кто настоящий убийца… скажу вам честно, я не дам за жизнь этого самоуверенного актера и ломаного гроша.

Глава 28

Аквамариновое танго

– Что вам угодно, сударыня?

– Я хотела бы поговорить с матерью Лорана Тервиля.

– Это я. Проходите…

У нее были стершиеся черты лица и напряженная походка. Длинные волосы собраны в небрежный узел и заколоты шпильками. По тому, как мадам Тервиль переставляла ноги, Амалия догадалась, что одна нога у нее короче другой.

Окна небольшой квартиры в старом квартале Ниццы выходили на площадь. Мягко ударил колокол на ближайшей церкви и умолк.

– Садитесь, – пригласила мадам Тервиль, снимая с обтрепанного кресла стопку старых газет. – Вы из благотворительного фонда?

– Можно сказать и так. Я хотела бы поговорить с вами о Лоране и Лили Понс.

– Вы из газеты? – с любопытством спросила мать Лорана. – Впрочем, – спохватилась она, – вряд ли, я думаю… Так что вас интересует?

– Все. Я правильно понимаю, что у Лили с Лораном был роман, еще когда она жила в Ницце?

– Пф, – фыркнула мадам Тервиль. – Ну, можно сказать и так. Они оба были молодые, ей шестнадцать, ему семнадцать… Думаю, из всех ее знакомых он был самый симпатичный. – Она с нежностью поглядела на фото темноволосого молодого человека с ямочкой на подбородке, стоявшее на ореховом комоде. – Только Лили восприняла их отношения серьезнее, чем он. Она в него влюбилась. А он в нее – нет.