Не понимая, что я такого сказала, наблюдаю за тем, как он опирается ладонями на стол, встаёт и ступает в мою сторону.

Большой такой, опасный. Смотрит так, будто примеряет с какой стороны впиться в мою нежную тушку зубами.

— Ну наконец-то. Я уж думал ты до завтра будешь изображать обиженную жизнью святую невинность.

— О чем ты?

Моргнуть не успеваю, как меня прижимают ягодицами к кухонной поверхности. Мужские руки ложатся по обе стороны от моих бедер, а Лев оказывается от меня на расстоянии каких-то пары сантиметров.

Сердце заходится от шока. Меня словно заливает расплавленной сталью его глаз.

— Считай, что я уже раскусил цель твоего визита. Но так, чисто ради любопытства, мне интересно послушать теперь уже ТВОИ условия?

— Какие условия?

— Прайс лист.

Мне кажется, я сегодня плохо соображаю. Видимо мозг отморозила пока шла, потому что все его слова воспринимаются бессмысленной абракадаброй.

— Во-первых, я попрошу тебя отойти, — упираюсь ладонями в мощную грудь, маячащую перед глазами, — ты нарушаешь моё личное пространство. А во-вторых, высказывайся яснее, потому что я не понимаю о каких условиях ты говоришь.

Соблаговолив сделать шаг назад, и наконец дав мне возможность сделать полноценный вдох, Лев скрещивает руки на груди.

— Тебе так нравится играть роль дурочки? Окей. Спрашиваю прямо — на какую оплату ты рассчитываешь за секс с тобой?

Меня словно в ледяную воду с головой окунают.

— Чего? Какой секс?

— Ну я не знаю какой ты предпочитаешь. Оральный, анальный входят в услуги или за дополнительную плату?

Шок становится настолько сильным, что я не придумываю ничего лучше, как вскинуть руку, чтобы залепить этому негодяю по лицу. Но успев перехватить мое запястье на лету, он рывком разворачивает меня к себе спиной и толкает к столу.

Я больно ударяюсь о край косточками и взвизгиваю.

— Значит так, аниматорша, — цедит сквозь зубы мне на ухо, прижимаясь к моим ягодицам пахом, — что бы ты мне не предложила, мне это не интересно. Не знаю, как тебя выдрессировала твоя сестра, но со мной такие предложения не проходят.

— При чем тут Карина? — дергаюсь, чувствуя, как внутри оживает женская версия Халка.

Со мной подобным образом еще не обращались. Игорь один раз пытался, но только намёками, без прикосновений. Сейчас же я чувствую на себе каждый сантиметр этой глыбы. Что он там говорил по поводу того, что меня ею притрет? Вот сейчас притирает.

— А ты хочешь сказать, что ты здесь не по её наводке? — ошарашивает вопросом.

— Нет конечно, — взрываюсь и изворачиваюсь так, чтобы что есть мочи наступить ему на ногу.

В мягких тапках это ожидаемо, не больно, но секундная заминка и недовольное шипение дают мне фору.