Я уже привыкла к музыкальному сопровождению своих шагов, поэтому не сразу понимаю почему мужчина вдруг застывает, опускает голову вниз и в шоке таращится на мои тапки.

— Это что за безвкусица? — издевательски заламывает бровь.

— Почему это безвкусица? — выдаю обиженно, — Это милые домашние тапочки, которые в твоем музее льда очень даже необходимы. Ноги можно отморозить только так. И не только ноги, к твоему сведенью.

Подойдя ближе, под его пристальным взглядом присаживаюсь на один из стульев.

— На подогрев полов уходит какое-то время. Потерпела бы, не заледенела.

Оу… я как-то даже не подумала, что здесь могут быть полы с подогревом. Но, в любом случае, пока они нагреются нужно ждать. А мне уже тепло.

Игнорируя его реплику, подтягиваю к себе тарелку с пирогом.

Сейчас бы вкусного чая бабы Раи с мелиссой и мандариновой корочкой. М-м-м-м-м. Он так здорово согревал.

Пока задумчиво жую пирог, Лев молча раскрывает коробки с китайской едой, обходит меня и садится на стул чуть подальше.

Ловко орудуя палочками, с аппетитом поедает рис с курицей и овощами.

Мой желудок, учуяв приятные запахи, требовательно сжимается, явно не удовлетворившись углеводной бомбой, но дать мне ему нечего.

Спасибо добродушной малышке хотя бы за пирог, не позволила бедной Эльзе погибнуть от голода. И холода тоже.

Лев же ест молча, уткнувшись в экран своего мобильного. Серьезный весь такой, сосредоточенный. Всем своим видом показывает, что диалог начинать он не намерен, да и я не горю желанием с ним разговаривать.

Хотя бы потому, что, если бы была на его месте, обязательно поделилась бы с другим хотя бы парой кусочков мяса.

Варвар!

Стараясь не слишком активно вдыхать пряные ароматы, встаю и направляюсь к раковине. Каждый мой шаг сопровождается звоном, но я настолько привыкла, что не обращаю внимания.

Включив кран, мою тарелку с вилкой и оглядевшись, ставлю посуду на сушилку. Чуть поодаль замечаю чайник. Пить хочется жутко. Но не включать же его без спроса, да? Хотя бы ради приличия нужно спросить разрешения.

Оборачиваюсь, и от неожиданности стопорюсь. Потому что взгляд Льва больше не направлен в телефон, как я того ожидаю, а нацелен прямо на меня."

"Мужчина сидит, откинувшись на спинку стула и сложив руки на груди. Из-под бровей смотрит на мои тапки.

— Они жутко раздражают, — отрезает с претензией, — сними их.

— Да что ты? — склоняю голову на бок, продолжая поражаться его хамству, — Может мне вообще целиком раздеться?

Издеваюсь конечно, но уже через секунду жалею об этом.

Взгляд стальных глаз меняется в мгновение ока. Если до этого он был раздраженным, то сейчас приобретает странные неописуемые оттенки, от которых у меня волосы на затылке приподнимаются.