Неугомонный мозг подсказывал следующую, вполне вероятную догадку.

– Рик, а тебе теперь не надо поесть? – мягко спросила я.

Он по-прежнему не отрывал от меня своих завораживающих глаз. Помолчал, потом кивнул. Я улыбнулась. Сняла водолазку. Он прерывисто выдохнул, подтянул меня к себе ближе, снова развернул спиной, позволив расслабиться и опереться на его плечо."

"И снова я потеряла счет времени, погрузившись в странный транс в его объятиях.

– Рик, – прошептала я, когда он закончил.

– Что?

– А почему, когда ты кусаешь, кровь не останавливается?

– В клыках яд.

Я улыбнулась и мысленно поаплодировала даме с собачкой.

Веселая женщина.

Глава 17

Рик сидел на полу и, прижимая к себе как нечто бесценное, хрупкое, держал меня на коленях, а я пыталась собрать себя воедино, заставить подняться, избавиться от слабости. Некогда лежать. Моему хищнику нужна одежда, с Гришей тоже неизвестно что. В дверь тихо постучали.

– Лена, – начала Катюша осторожно. – Там этот крендель разделся и вылизывается на полу. Это так и надо?

Я улыбнулась.

– Да.

– Ага. Помочь чем могу?

– Да.

– Ну?

– Вызови кого-нибудь из своих железных людей, в магазин сгонять, только на порог не пускай.

– Дай угадаю. Джинсы и майка?

– Да.

– А этому брюнетистому герою ничего не надо?

Я взглянула на Рика. Он отрицательно покачал головой:

– Сам разберется.

– Нет, – крикнула я сестренке.

Она отступила. Сквозь тонкую дверь послышался тихий мужской голос, за ним Катенькин возмущенный вопль:

– Кто «подойди»? Я «подойди»? Сейчас я подойду! Есть он собрался. Упырь недоделанный!

Раздался новый лязг, за ним глухой удар.

– Зато теперь мы знаем, что не поддаваться вашему влиянию у нас тоже семейное, – вздохнула я.

Перевела взгляд на Беса. – Надо это остановить.

– Георг ей ничего не сделает.

– Так я не о Грише, я о Катеньке. У нее политика простая: сначала бьет, потом разбирается за что.

– Вот и хорошо, – спокойно прошептал Рик, склонившись к моим губам.

Скромный сестренкин посланец по кличке Лысый исполнил все по инструкции, принял обещанное денежное вознаграждение и слинял.

Гриша, так и не получивший еды, зато получивший многократно увесистым рюкзаком по голове, хмуро восседал в углу, сверкая разбитой физиономией и грязными джинсами.

Причем, насколько я могла оценить, Рик его практически не тронул, по крайней мере, ран от зубов на готском торсе, спине и шее не наблюдалось. Я разозлилась честно, искренне. Разве так можно?

– Ты откуда здесь взялся? – озвучила я насущный вопрос.

– Понятия не имею, – прошипел он. – Я был в гостинице, а потом вдруг раз – и мы здесь.

– Кто «мы»? – насторожился Рик.

– Я и… Марианна.

Я подавила стон. Боже, избавь меня от постоянного присутствия этой женщины! Бес напрягся, черты лица окаменели. Он молчал.