Прибежавший на крик санитар мгновение изумленно взирал на открывшуюся его взору картину, потом нагнулся поднял револьвер, оказавшийся у него под ногами.

– Господи Боже! – воскликнул он. – Да эта штука заряжена…

Энн прыгнула на не ожидавшего нападения санитара и пальцами, сложенными в клешню, глубоко оцарапала ему щеку и лоб. Тот, отставив руку, не давал продолжавшей выть женщине дотянуться до оружия.

Мужчина, сбивший ее с ног, все еще не придя в себя, сумел обхватить Энн сзади и оттащить. Позднее он вспоминал, что ощущение было таким, будто в руках у него оказался мешок со змеями. Тело в желтом халате отвратительно извивалось, напрягая каждый мускул.

Видя, что Энн отчаянно пытается вырваться, санитар нанес ей удар в челюсть. Ее глаза закатились, и тело обмякло. Мужчины ошеломленно переглянулись, а у медсестры началась истерика. Она зажала рукой рот, отчего крик стал напоминать звук горна.

– Что, черт возьми, тут творится? – с трудом выдавил мужчина.

– Будь я проклят, если понимаю, – ответил санитар. – Что случилось?"

"– Я пришел навестить сестру. Она недавно родила. А потом появился мальчик и сказал, что там женщина с оружием. И…

– Какой мальчик?

Мужчина обвел взглядом холл, но среди спешивших со всех сторон людей детей не было.

– Его тут нет. Но он точно был! Револьвер заряжен?

– Еще как! – ответил санитар.

– Что, черт возьми, тут творится? – снова озадаченно повторил мужчина.

23Они увидели, как две медсестры побежали по коридору к лифтам и услышали снизу приглушенный крик. Бен бросил взгляд на Джимми, и тот едва заметно пожал плечами. Мэтт дремал, открыв рот и посапывая.

Бен закрыл дверь и выключил свет. Джимми пристроился на кровати в ногах у Мэтта, и когда за дверью раздались нерешительные шаги, Бен встал за ней и изготовился.

Дверь приоткрылась, и в нее просунулась голова. Бен одной рукой ухватил незваного гостя за шею, а другой приставил к его лицу крест.

– Пустите! – Пришелец отчаянно заколотил рукой по груди Бена. Через мгновение зажегся свет. Мэтт сидел на кровати, близоруко щурясь на Марка Питри, который рвался из рук Бена. Подскочил Джимми и уже хотел обнять мальчика, но замер:

– Подними подбородок.

Марк послушно задрал голову, демонстрируя нетронутую шею.

Джимми облегченно выдохнул.

– Парень, ты даже представить себе не можешь, как я рад! А где священник?

– Не знаю, – потерянно ответил тот. – Меня схватил Барлоу… Он убил родителей. Их больше нет. Они погибли. Он разбил им головы. Убил их! А потом поймал меня и сказал отцу Каллахэну, что отпустит, если тот выбросит крест. Он пообещал. А я убежал. Но сначала успел в него плюнуть. Плюнул и сказал, что убью его!

Марк пошатнулся. На лице виднелись налипшие листочки ежевики.