– Владимир Петрович, – сказала я, поздоровавшись. – Сегодня я была в «Красном Кресте». У меня там подруга работает…

– Так-так, очень интересно, – заволновался он.

– В ваших бумагах я ничего не нашла о том, кто из милиционеров дежурил в больнице в день, когда умер Егоров…

– Каюсь, – хохотнул он. – Поделился не всем.

– Фамилии этих людей вы знаете? Где они сейчас…

– Узнать нетрудно, только вот не уверен, что кто-то из них захочет с вами разговаривать.

– Попытка не пытка, – усмехнулась я.

– Отлично. Я позвоню, как только будут новости.

– И вот еще что, – заторопилась я.

 – Меня интересует Центр реабилитации спортсменов, это где-то в районе стадиона «Динамо».

– Про этот Центр я вам сразу скажу – бандитская лавочка. Как изысканно выражается один мой приятель, туфта чистой воды, но деньги там завязаны большие. Несколько раз органы и наш брат журналист пытались разобраться, что там к чему, но каждый раз неудачно: формально все в порядке. А почему он вас заинтересовал?

– Бывший главврач отделения, в котором лежал Егоров, теперь заведует этой самой, по вашим словам, бандитской лавочкой.

– Интересно.

 – Владимир Петрович задумался, вздохнул и добавил: – Очень интересно.

– Куда уж интересней, – согласилась я, мы простились, а я опять задумалась.

Если Нина права и Севка вместе со своими товарищами устроил кровавую бойню, а потом ловко расправился со свидетелями, если допустить такое, как в эту схему вписывается тот факт, что бывший главврач нынче заведует «бандитской лавочкой»? Однако не это меня сейчас беспокоило, я думала о Севке. Самое подлое дело подозревать в чем-то близких людей…

– Или брось все это, или докопайся до правды, – зло сказала я себе, кажется, вслух.

Потом стала просматривать бумаги, нашла адрес жены Перфильева, предполагаемого свидетеля расстрела на Катинской, и взглянула на часы. Самое подходящее время для визита.

Через полчаса я уже сворачивала во двор многоэтажки. Отыскать нужный дом оказалось делом нелегким, он значился под номером 126»в», и располагался во дворе трех других домов. Редкие прохожие ценной информацией поделиться не могли, и поэтому я изрядно намучилась, прежде чем его обнаружила. Лифт не работал, квартира располагалась на шестом этаже.

Дверь открыла пожилая женщина в красном халате с рваными локтями и заплатой на животе.

– Здравствуйте, – сказала я, стараясь на ходу решить, с чего начать разговор.

– Вы из ЖКО? – подозрительно спросила она. – Денег у меня нет, я вашему начальнику уже говорила, вот дадут пенсию, заплачу, сколько смогу. И нечего меня пугать. Нет совести – оставьте старуху без света…

– Я из газеты, – торопливо сказала я. Она вроде бы удивилась.

– Да? Из ЖКО в газету нажаловались? – спросила она вполне серьезно.