— Не я ее потащил в постель, она сама… кхм… запрыгнула. Голой. Я после ночной смены спал, и вдруг она… жмется, целует, я и… Не удержался, — признается. — Ей уже было восемнадцать! Милане исполнилось восемнадцать лет в марте, в апреле она ко мне…

— Ах ты, герой! Да ты просто святой… Целых две или три недели выдержал! Так, что ли?! Это не имеет значения. Ты мерзкий, подлый… Ты просто гнида настоящая. Ты же и со мной потом… спал! Хоть и морозиться странно начал. Что, любовница молодая, мозг начала выносить?!

— Послушай… Она делала мне намеки… разные. Я не хотел, чтобы так случилось, но не смог преодолеть соблазн, — сглатывает.

Фу, какой мерзкий… Говорит со мной, а у самого слюнки текут. Видно, хороша… Хороша в постели.

— Ты ее…

— Вик, я… Виноват! Но виноват лишь в том, что не смог это прекратить. меня потом совесть жрала.

— Видно, недостаточно качественно и сильно она тебя жрала.

— Вик… — Саша делает ко мне шаг. — Я… Должен был признаться раньше. Но все зашло слишком далеко, и я запутался. Мне было совестно… признаться тебе в таком и… расстаться. Я хотел поступить честно… И мы скоро должны были сообщить тебе. Я не хотел делать тебе больно, Вика.

— Не смей ко мне подходить, извращенец! — выставляю вперед руку. — Не смей! И… выметайся из квартиры сейчас же, герой-любовник. Я не стану жить с такой мразью под одной крышей.

— Вика… — хмурится. — Куда же я пойду? Ты…

— Ах ты, планировал еще и остаться здесь жить?!

— Эту квартиру мы вдвоем покупали.

— Вот только ты в нее денег положил в два раза меньше, чем я!

— Но положил же. Какого, прости, хрена я должен уходить из своей квартиры? Она такая же моя, как и твоя! — подает голос возмущенно.

Я смотрю на него с омерзением: и этого человека я любила? От него хотела детей?

Думала, вот только с Миланой станет ясно, куда она пойдет: поступать решит или с работой определится… Потом и заведем с Сашей общего ребенка. Мне тридцать шесть скоро исполнится, в этом возрасте еще можно рожать, плюс у меня женское здоровье в порядке.

Я искренне считала, что любовь не умирает за один миг.

Думала, что любовь — это чувство, которое выше всего остального и способно побороть многое.

Но сейчас понимаю, как сильно я ошибалась насчет любви.

Во мне сейчас все чувства к Саше просто выгорели за один миг, стали пеплом, кучей остывшей золы.

Ни уважения, ни тепла — ничего нет.

Только омерзение… Как будто передо мной — самая настоящая болотная жаба

— Вот и полилось из тебя дерьмецо… Просто фонтаном хлынуло. И как ты себе это представляешь?! Будем жить все вместе в одной квартире? Сменишь маму на ее дочку в супружеской кровати, и все хорошо? Так…

Саша трет переносицу.

— Мы обязательно придумаем что-нибудь, Вика.

— Вот как? — спрашиваю холодно.