— Встречались, — тихо произнесла девушка и убрала руки из-за спины.

В правой ладони у нее оказался револьвер, ствол которого смотрел точно ему в грудь. Теркул мгновенно вспомнил подробности того рокового дня: мольбы о пощаде, кровь, изуродованные тела — и побледнел. Проглотив ком, подступивший к горлу, негромко спросил:

— Как тебя звать?

— Валентина.

— Послушай, Валентина… Положи пистолет.

— Ты убил моих родителей!

— Я тебе сейчас все объясню, — шагнул Коршак вперед. — Ты неправильно поняла, было совсем по-другому. — Еще один небольшой шажок. — Мы разберемся с этим делом пообстоятельнее, будет следствие, вот увидишь, виновные будут наказаны.

Крепко сжимая пистолет в руке, Валентина безбоязненно наблюдала за его приближением. Голос у Коршака был вкрадчивый, он буквально завораживал, подчинял себе, связывал по рукам и ногам.

— Стояти, пан! — громко выкрикнула девушка, заставив Теркула остановиться. — Теперь я понимаю, как ты людей убиваешь. Они тебе верят, а ты их обманываешь.

— Послушай… — сделал Коршак еще один шаг вперед.

И тут девушка дважды нажала на курок. Он дернулся, отступил, слегка приподнял отяжелевшие руки, надеясь закрыть брызжущую кровью рану, но, не дотянувшись до груди, рухнул на пол.

Из другой комнаты вышел крепкий мужчина лет сорока, за ним, опасливо посматривая на убитого, шагнул Януш.

— Вот теперь мы в расчете, — произнес мужчина, разглядывая убитого. — А ты молодец, Валентина, не побоялась. Не ожидал. Может, мне это нужно было сделать, а то…

— Нет, — твердо произнесла девушка. — Я должна была сама.

— Наверное, ты права, — задумчиво произнес хозяин. Повернувшись к мальцу, сказал: — Никому ни слова! Соседи будут спрашивать, что за стрельба, скажешь, что батяня в ворон палил.

— Не маленький я, батя, — обиделся малец.

— Ночью в лес его отвезу, там и закопаю. А сейчас давай в подвал стащим. — Взяв убитого за плечи, скомандовал: — Ну, что стоим? Не одному же мне корячиться!

По тревоге были подняты два полка — один стрелковый, другой — запасной. Искали Коршака целый день, расширили район поисков, заблокировали все дороги, однако Теркула так и не нашли. Только когда стали прочесывать местность по второму разу, то на опушке леса, километрах в пяти от овражка, где его видели в последний раз, отыскали его труп, едва присыпанный землей. Темная история. Непонятная. Бойцы утверждали, что проходили в этом месте, но раскопов не заприметили. Не исключено, что Коршака убили позже, а труп вывезли в лес.

Увы, не таким виделся конец истории: следовало бы его допросить, выявить законспирированное подполье, а потом судить по всей строгости и только после этого прилюдно повесить на площади.