А потом я почувствовала, как в попытке утешить к виску прикасаются горячие губы. И сама не понимая, что делаю, потянулась за поцелуем.

***

Не знаю, чем объяснить это безумие, но мне отчаянно захотелось ощутить его тепло. Казалось, что я просто умру без него. Растворюсь в этом болоте, потеряв саму себя.

Плевать, что любит другую. Плевать, что я для него всего лишь прикрытие, фиговый листик на причинном месте, заплатка со сроком годности. Пусть. Мне все равно.

Когда наши губы столкнулись, Марат замер, будто его парализовало.

Я чувствовала, как гудит сильное тело, как в груди неистово бьется мужское сердце.

Сейчас оттолкнет! Скажет, что я дурочка, принявшая банальную вежливость и желание утешить за что-то большее.

Но кто сказал, что дурочкам не нужно хоть немного тепла и счастья?

Пусть всего несколько секунд. Пусть потом станет еще хуже. Путь…

Из-за моих слез, вкус поцелуя был соленый.

Да и не поцелуй это. Скорее просто прикосновение. Легкое, едва уловимое, полное щемящей нежности, тоски, и готовности принять любые последствия.

Да. Я дурочка. И с этим уже ничего не сделать.

В какой-то момент, Марат надсадно выдохнул и поцеловал в ответ.

Так же аккуратно, как будто пробовал, сомневался.

А у меня внутри закипели и оплавились ошметки измученного сердца. Волна мучительно колючих мурашек прошлась снизу вверх, поднимая волоски на руках. На ногах поджались пальчики…

Если это сон, то я не хочу просыпаться. Пусть это длиться вечно. Вот так сидеть у него на руках, в кольце крепких рук, чувствовать дыхание на своей коже.

И все же сквозь розовую пелену пробивалась горькая реальность.

Он не мой.

Он любит другую."

"Он просто меня пожалел.

К соли примешалась горечь неправильности.

Зря я это сделала. Так нельзя.

Рвано втянув воздух, я отстранилась:

— Прости.

Его взгляд, внимательный, пронизывающий насквозь скользил по моему лицу.

— За что извиняешься?

За слабость. За то, что не смогла удержать чувства под контролем. За то, что полюбила.

— За вот это вот все, — неопределенно дернула плечом, — Я просто… это стресс. Обещаю, такого больше не повторится…

Я не договорила, потому что Ремизов рывком притянул меня к себе, впиваясь в губы совсем другим поцелуем — жестким, требовательным. Таким, что голова кругом, и все остальные мысли словно ветром сдуло.

Да и к черту эти мысли.

Я подалась навстречу, жадно отвечая на этот неправильный, но столько желанный поцелуй.

В этот момент для меня не существовало ни правил приличия, ни голоса совести, ни стеснения. Был только Ремизов и моя отчаянная потребность в нем.

Я хочу быть с ним, даже если потом мы оба пожалеем и поймем, что это лишнее. Даже если от стыда я не смогу смотреть ему в глаза.