- Потому что у тебя есть мозг, Яна! Твои родители не сегодня-завтра снова отхватят рецидив! И ты снова будешь вынуждена вливать в их лечение огромные деньги! Куда тебе при всем при этом еще и ребенок? А?

Он так спокойно говорил о самых болезненных для меня вещах, что я даже не успевала ухватиться за те установки, которые были внутри и которые помогли мне выжить, когда узнала, что двое моих самых близких людей смертельно больны.

- Кстати… по обыкновению мне пришел счет… из клиники… Нужны какие-то дорогостоящие процедуры, которые еще утром я собирался оплатить без лишних слов. Но сейчас спрошу у тебя, дорогая, - продолжил, меж тем, Вольский, глядя на меня и добивая на месте: - Сделать это в счет «будущих концертов»? Или заберешь счета и справишься с ними сама?

3.

- Я заберу их и справлюсь сама! - ответила с вызовом.

Никто еще не отменял такие вещи, как взять деньги в долг или в кредит. Или продать драгоценности. Так я подумала, но вслух этого говорить не стала.

- Интересно, как? - спросил Вадим и на лице его расплылась ухмылка. - Пойдешь на панель? Так я против, чтобы мать моего ребенка занималась непотребствами на трассе!

Как же мне хотелось сейчас взять и просто расцарапать эту наглую и противную морду! Вцепиться в нее ногтями и раздирать, пока не увижу кровь!

- Это не твое дело, милый. У тебя же на горизонте другая жена, вот ее историями с трассы и развлекайся.

Поднявшись, я оправила одежду и произнесла ровным тоном:

- Перешли мне те счета, что тебе приходят. Я съезжу в клинику и улажу этот вопрос.

Сказав это, я удалилась, а когда оказалась в нашей комнате, первым делом заперлась на замок. Лордик уже был здесь, мой верный мальчик, а больше никого рядом видеть я не желала.

В эту ночь, слава всем святым, Вольский в нашу спальню не пришел. Видимо, занял одну из гостевых комнат. А когда я наутро спустилась к завтраку, сообщил мне, что все запрошенные мною документы отправлены на мою почту.

Я царственно кивнула и принялась за еду. Аппетита не было, но я заставила себя хоть немного перекусить. А то так и до голодных обмороков недалеко. Но мне ведь нужно сейчас есть для двоих…

Вольский удалился, очевидно, чтобы переодеться, я же открыла письмо, что он прислал на почту и едва сдержала вздох отчаяния. Когда муж взял на себя все обязательства по оплате лечения моих родителей, он сказал: дорогая, ты моя жена, тебе не нужно ни о чем думать. У твоих мамы и папы лучшие врачи, поверь мне, они получают лучшее лечение. Обо всем остальном забудь.

Как выяснилось, предлагал он мне забыть о весьма внушительных суммах. Даже я, уже прожившая в роскоши какое-то время и вкусившая то, что дают большие деньги, была поражена теми финансовыми вливаниями, которые делал Вадим в лечение моих родных.