Взъерошив волосы пятерней, Ян прожег ее странным взглядом.

— Прежде чем мы сделаем этот шаг, я хочу прояснить кое-что, — он отвел ее чуть в сторону. — То, о чем я совсем забыл на эмоциях. А забывать не стоило. Одна из причин, которая удерживала меня от тебя на расстоянии — мое возможное бесплодие. Я не шутил. Проблема есть, и она реальна. И прежде, чем обещать тебе золотые горы, я должен был сперва обсудить это с тобой. Что, если ты захочешь второго ребенка, а я не…

— Мы, — исправила его Стася, прижав ладонь к его щетинистой щеке. — Если мы захотим второго ребенка, Ян! Мы, оба! Не переживай, на одни и те же грабли мы больше не наступим. Будем лечиться — по-настоящему лечиться. Рассмотрим все возможные варианты. Ну, а если их не останется… всегда есть детский дом. Уж нам-то с тобой не нужно рассказывать, как дети, живущие там… мечтают о семье. О теплом уютном доме. О родителях.

Ян сдержанно улыбнулся. Его глаза неестественно заблестели. Он склонился к ней и порывисто поцеловал, словно закрепляя таким образом обещания данные ими друг другу. А когда отстранился, уверенно заявил:

— Давай!

Кивнув, Стася нажала на звонок и почти сразу услышала радостные вопли дочери по ту сторону двери. Вскоре Ульяна Семеновна впустила их в квартиру и поприветствовала с теплой добродушной улыбкой на лице:

— Припозднились, голубки! Припозднились! Мы ждали вас раньше…

— Ждали?

— Нас? — почти в унисон с Яном удивилась Стася. — А откуда вы знали, что я вернусь не одна?

— Интуиция, — загадочно протянула Ульяна Семеновна.

— А Настюша где? — смущенно поинтересовалась Стася.

Женщина рассмеялась:

— Наряжается. Сейчас выйдет.

Едва она успела это произнести, в прихожую влетела Настя.

В праздничном платье. С бантом на голове.

— Мамоч… Ян?! — взвизгнула она, радостно подпрыгнув на месте. — Бабушка Ульяна, смотри! Мама и правда привела Яна! Как ты и говорила-а-а-а…

— Милая, — Стася было протянула к ней руки, но малышку как ветром сдуло.

Она со всех ног побежала на кухню. Туда же Ульяна Семеновна пригласила и их с Яном. И сердце сжалось от нежности, когда стало ясно, для чего.

— Мамочка, я испекла Яну Колобка с… с изюмом! — пролепетала Настюша, держа кривоватую, но очень ароматную выпечку на тарелке перед собой. — Можно я его ему подарю?

Не без труда сдерживая рвущиеся наружу слезы, Стася опустилась перед ней на корточки. Погладила по голове и нежно поцеловала, уточняя:

— Что, прямо сама все сделала?

— Ну, — смутилась малышка, — бабушка Ульяна мне немого помогла.

— Какие вы молодцы с бабушкой Ульяной! Тогда, конечно. Дари!

Она отошла в сторону, с невероятным трепетом наблюдая за дальнейшими действиями дочери. Настюша немного растерялась, оказавшись перед Яном.