Черт бы взял эту квартирищу размером в целый этаж! Ну представьте себе: на этаже четыре квартиры, одна слева, одна справа и две в середине. Так вот столовая находилась в левой квартире, а моя комната – в правой. Пока из одного конца в другой дойдешь – состаришься.

Лариса Анатольевна быстро выпила чашку кофе, выкурила сигарету и ушла, оставив меня одного. Я тосковал над своей чашкой, снова мучаясь головой и понимая, что вот-вот настанет время заниматься с Даной и мне нужно будет при любых раскладах вернуться к себе, чтобы переодеться. Дабы не думать о неприятном, я стал вспоминать Елену, ее глаза, ее волосы, ее робкую улыбку и ее неожиданный взгляд, полный нежности и благодарности.

В принципе ничего сверхъестественного для меня в этой ситуации не было, я всегда западал на женщин сразу, мгновенно, с первого предъявления, но ни разу еще не случалось, чтобы я так долго не мог разглядеть ее. Может, авария и долгое пребывание в больнице так на меня подействовали? Да нет, вряд ли, я ведь не живу монахом, и все девушки, которые за последние месяцы побывали у меня дома, были выбраны именно так: сразу, моментально, без долгих раздумий и разглядываний.

Без трех минут пять я, в соответствии с измененным графиком, отправился переодеваться и в коридоре столкнулся с папаней.

– Ну как? Пришел в себя?

– Да так, – я пожал плечами. – Пока не очень. Извините, что так вышло. Завтра я буду в порядке.

– Надеюсь. Насчет мальчика. Это совершенно лишнее.

Я с удивлением посмотрел на хозяина. Почему лишнее? Почему он против? Может, он просто сегодня не в духе и я со своей инициативой банально попал под раздачу?"

"Но Михаил Олегович не выглядел сердитым или раздраженным. Наоборот, вид у него был какой-то… расстроенный, что ли.

Или даже виноватый. Может, Лариса не поняла, что я не прошу денег за занятия с ребенком? Может быть, папаня думает, что его пытаются раскрутить на дополнительную оплату?

– Я имел в виду, что я мог бы заниматься с Костей бесплатно, – кинулся я в разъяснения. – И только в свое свободное время, не в ущерб занятиям с Даной. Михаил Олегович, я…

– Мне все равно, что ты имел в виду, – оборвал он мои излияния. – Я сказал: нет. И это не обсуждается.

Он повернулся и пошел по длинному коридору. Вообще-то мне было с ним по пути, но я до того оторопел от неожиданности, что застыл на несколько секунд.

Что я опять сделал не так? В чем провинился? Или это не я провинился, а Лена? Или маленький Костик, которого в наказание решили лишить занятий спортом? Черт их разберет, этих Руденко. Впрочем, Лариса Анатольевна сразу заявила, что мое предложение ей не нравится. Наверное, она и мужа накрутила. Ему-то должно быть по барабану, но в этом случае папаня пошел навстречу жене, а передо мной сделал вид, что это он сам принял такое решение.