Он имел в виду Алтанбаева, Крючка и прибившемуся к ним Игорька Заславского, который и на тренировки к Наге с ними за компанию радостью ходил. Хулио, Понч и особенно Зяма были слишком дистрофичными.

Будто прочтя мои мысли, Сергей добавил:

— Ничего, тощие сперва будут подсобниками. Потом, если у них руки из нужного места, может, малярке научу или еще чему-то, что попроще. Штукатурка, плитка — это все очень сложно и требует опыта и сноровки.

— Вы и штукатурить умеете? — закинул удочку я.

— Это моя страсть, — с готовностью ответил Сергей, и его интонации стали мечтательными. — Смотреть, как из ничего появляется красивое, потому я всегда делаю хорошо. Это может быть дороже, из-за чего возникают конфликты с заказчиками. Зато потом не стыдно. А так-то я по профессии шахтер, мы в Донецке жили. Потом жена умерла, теперь у меня молодая красавица… Что касается навыков, то тут многое от рук зависит, кривые или нет, и откуда растут.

Помолчав немного, он обвел рукой пустырь.

— Вот смотри, просто камни, деревце несчастное…"

"— Фисташку не трогать! — напомнил ему я. — Она краснокнижная и елкой пахнет, если лист сорвать. А еще на них любят стрекотать цикады.

— Надо же, фисташка… Растут же ведь, а я и не знал.

— Дикие. На них нет плодов, — ответил я.

— Ну вот, ничего на этой земле нет, а уже через полгода будет! И будет хорошее, раз это я строю.

— Вижу, человек вы грамотный, — сменил тему я. — Можно вам доверить стройку. Мне отлучиться надо, тут рядом родственники живут. Через час-полтора вернусь.

В рюкзаке, помимо пирожков для алтанбаевцев, были апельсины и бананы для Анны — апельсины, витамины! И упаковка дорогущих импортных витаминов для беременных.

Будем соседями с папашей. Рано или поздно он узнает про мой дом. Интересно, как отреагирует? Прошлому мне хотелось, чтобы он понял, что зря меня чморил, когда я вон какой крутой! Нынешний я желал одного: чтобы он не лез в нашу жизнь. Обиделся на нас из-за отчима — и хорошо.

К дому Лялиных я специально шел, а не ехал, чтобы узнать, сколько это займет времени. Оказалось, семь минут. Удивившись отсутствию алкашей у подъезда, я поднялся на второй этаж, постучал… Ожидаемо не дождался ответа и постучался к сводной сестре. Если и ее нет, зайду позже…

Но за дверью завозились, открыла всклокоченная красноглазая Лика и выпалила с порога:

— Мать в больнице.

Онемев, я вытаращил глаза.

— Рожает, — ответила она на незаданный вопрос.

— Ей разве не весной?

— Да хрен знает! По «скорой» увезли, ничего не говорят! И правда ведь рано! — Лика сделала брови домиком. — Это он, козлина, виноват! Если я узнаю, что он ее ударил… Он так на нее кричал, так кричал!

Я переступил порог, не разуваясь и не раздеваясь, и уточнил:

— Так, давай сначала. Срок у нее какой?

— Шестой месяц. С половиной.