Вот уже четыре года подряд я варила для Лале зелье от скорби из черной лаванды, исправно делая скидку. Хотя и так получалось дорого.

— Сегодня цена больше на сотню. Шестьсот золотых.

— А ты не зарвалась, вейка?

Из-под ресниц взглянула на ненавистное красивое лицо. Я-то думала жить с ней рядом не смогу, сидеть в одной аудитории, есть один хлеб, а вот как вышло. Зелья ей варю. У меня нет мамы с папой, которые купят мне трехэтажный особняк в Ильве, верчусь, как умею.

— Зарвалась. Семьсот. Хочешь еще поторговаться?

Лале аж потемнела от злобы, вцепившись тонкими ручками в кружево на платье.

Сама-то я, как поступила в Академию, из штанов так и не выбиралась. Как иномирянку меня обязали проходить обязательный курс на боевом факультете, а там до униформы дела никому нет. Не будешь же по семь раз на дню в платье переодеваться.

— Ну? — поторопила я Лале. — Заключаешь?

Вздернула руку с бегущими рунами на запястье, и та подскочив, выхватила склянку, одновременно ударив меня по руке. Руны распались на две полоски, окольцевав наши запястья. Договор был заключен.

Дрожа от ярости, Лале подхватила юбки, и бросилась вон с тренировочного плаца.

Мы обе учились на зельеварном, но, в отличие от меня, сестра до сих пор даже в аптекарских метках путалась.

«Вздорная девица, — прошипела моя драконица. — Жаль не на боевом, ух, мы бы ее взгрели, мы бы ее научили этикету!»

— Да, — согласилась я минорно. — А потом бы ректор нас все то же самое, но два раза.

Драконица сразу затихарилась. При одном только упоминании Кастора она делалась шелковая и молчаливая. Да и я тоже.

Четыре года назад я предсказуемо отказалась от сделки с вейрой Хассе. Но не прошло и полугода, как я об этом пожалела.

Даже сейчас с содроганием вспоминались несчастные случаи на полигоне, испорченные реактивы для опытов и сырые ингредиенты на зельеварении.

Кастор методично прощупывал мои слабые места."

"Ждать, когда у меня в руках что-нибудь взорвется я не стала, и заключила договор с нирой Хассе. В конце концов, услугу она потребует когда-нибудь, а жить мне надо было сразу.

«Все равно она подозрительная», — хмуро вставила моя драконица.

А кто спорит? Подозрительная. Но без ее помощи, я бы уже была наярой, босой и беременной, еще и бы радовалась, что первая, а не пятая.

Маленькая стекляшка у ворота униформы тихо загудела, и я щелчком пальцев активировала связь.

— Бегом ко мне, — голову заполнил бескомпромиссный голос Милене. — Лётом.

Боевка меня так натренировала, что я сначала проявила крылья, автоматически взлетая, и только потом подумала, зачем я понадобилась наставнице в середине учебного дня.

А у меня руны через десять минут. Их ведет нир Сталеш, который сам с большой радостью взял бы меня пятой наярой. Четыре у него уже есть.