Через подоконник она перевалилась, как мешок с тряпьем. Как же так-то, она ведь Альфа. Невероятно сильная, ловкая и… Ната растерялась даже, подыскивая эпитеты самой себе. Ладно, похоже, здесь эти трюки не работают.

На полу перед ней стоял темноволосый мальчик в белой рубашке, смотрел внимательно, словно ожидая, что она ему скажет.

— И давно ты тут сидишь? — спросила Ната, потому что это единственное, что пришло ей в голову. Окружающая ее действительность была так реальна, что она временами забывала, где находится.

— Не помню, — ответил он, пожав плечами.

— А кого ждешь?

— Не помню тоже… — голос стал грустным.

— А как зовут тебя, помнишь? — Ната присела рядом с ним на колени.

— Уголек… Кажется…

Натали взяла его за руки, заглянула в лицо. Уголек. Роланд. То, что осталось от его души. И если она его вытащит сейчас — каким образом, Ната пока и сама не знала — не останется ли взрослый мужчина с разумом ребенка? Вряд ли бы он этого хотел…

— Дай хоть обниму тебя, — прошептала она. И не дожидаясь ответа, прижала к себе мальчишку."

"— Я тебя жду? — спросил Уголек, уткнувшись ей в плечо. Ната чувствовала его легкое дыхание, тонкие руки доверчиво обвили шею.

И Натали поняла, что не сможет, никак не сможет бросить его здесь. Ну, пусть, он никогда не будет прежним Роландом, но разве он меньше станет любить жизнь? В мире столько всего прекрасного. Пусть он будет внутри только ребенком, но ведь именно дети так непосредственно и искренне радуются каждому дню. И откуда ей знать, чего бы хотел Ройл на самом деле. Он точно не из тех людей, что сдается, вот и сейчас до последнего держался, ждал ее.

Над поверхностью земли пронесся низкий гул, башня содрогнулась. Сухой горячий воздух ворвался в единственное окно: сразу стало тяжелее дышать.

— Дракон, — объяснил Уголек. — Все ближе.

— Так, понятно. А выйти можно из башни, или только по канату?

— Здесь есть ступеньки, но спускаться опасно. Там смерть ходит…

— Ты так сейчас это сказал, словно Смерть — это старуха с косой, в черном капюшоне. — Ната пыталась пошутить, разрядить обстановку, но Уголек оставался серьезным, даже еще сильнее сжал губы.

— Так и есть. Косы я, правда, не видел. Но плащ у нее черный, это точно. Я хотел выйти, а она по лестнице ходит — вверх, вниз. Только в эту комнату не заходит, потому я здесь и сижу.

— Прелесть какая, — пробормотала Ната, которая вовсе не горела желанием повстречаться с самой Смертью. — Значит, через окно!

У окна их ждал неприятный сюрприз — от толстого каната, который Ната оставила свисать из окна, сохранился только конец, который был привязан внутри башни. Та часть, что оставалась снаружи, превратилась в пепел — видимо, Дракон пролетел слишком близко и сжег его своим дыханием.