Поцелуи были везде — округлые плечи, изящные ключицы, литые груди, крепкий и мягкий животик, гладкие разведённые бедра. Кожа ее на вкус была соленой и одновременно сладкой. Он добрался даже до ступней, но заветных слов не услышал.

Ладно, это пока. И Костя припал губами к главному сладкому местечку. Не оставил там нетронутым ничего. Темный пляж оглашали громкие и почти жалобные стоны. Всхлипы. И слова. Его имя и «пожалуйста». «Костя, прошу, пожалуйста». Прекрасно, но не то.

По-хозяйски притянул разверстые женские бедра. О презервативе вспомнил, но и только. Пронеслось кометой в голове «Выйду, успею», «Есть же таблетки» и даже «Ну и ладно, можно и ребенка».

Последнее бы Константина изумило донельзя, если бы он был в тот момент в состоянии думать.

А он не мог. Им в тот миг владели лишь желания, и не одно, а целый спектр. Разбираться в их хитросплетениях не было никакого смысла, и он просто взял. То, что принадлежало ему. Изначально, сейчас и всегда.

Теснота, жар, ее рывок навстречу ему. Умоляющее «пожалуйста». Но он медлит, неспешен практически до издевки. А ему нужно, очень нужно услышать те самые слова. Еще несколько минут этой медлительности, ее жаркого шепота — и уже он готов ей сказать.

Все, что она захочет услышать от него. Если не скажешь ты, скажу я, слышишь, девочка моя?!

Анечка начинает дрожать, до боли вцепляется в волосы на его затылке.

— Костя, Костенька, Ко-о-остя…

— Да? Что? Что, моя хорошая, говори! — он замирает.

Она протестующе стонет на остановку, а когда движения возобновляется, дыхание ее становится совсем шумным, в хрип. И сквозь рокот крови в собственной голове он слышит:

— Я… тебя… люблю!

Ликование, которое наполнило его душу при этих словах, сравнить Косте было не с чем.

Не испытывал ничего даже близко похожего на это чувство ошеломительного восторга, затопившего его.

— Да, моя сладкая, моя нежная, моя…

Темп движений становится внезапно быстрым, так необходимо им стремительным. Освобождение пришло одновременно, оставив их обессиленными, ее под ним.

Но ответного «люблю» Аня не услышала.

Глава 9. Я вам не скажу за всю Одессу"

"Я вам не скажу за всю Одессу -

Вся Одесса очень велика…

Аня доплела косу, натянула на кончик прозрачную резинку, слегка разворошила пальцами заплетенные пряди.

Привычные движения. Она повернула голову и поглядела в зеркало.

В зеркале отражалась симпатичная девушка с заплетённой косой каштановых волос, светлыми серо-голубыми глазами и в синем камуфляжном костюме.

Кто ты? Ее Анна не знала. Ведь из Испании вернулась другая девушка.

Аня наклонила голову, разглядывая свое отражение. Да, внешне все по-прежнему. Разве что загар. И глаза на его фоне кажется светлее. А еще она влюбилась. Вот такая вот мелкая незначительная деталь. Которая изменила все.