И мы сможем, и наши там, на месте, встретят его и проводят, — быстрым зловещим шепотом выложил рядовой.

— С твоей бы головой фамилию Суворов носить… — похвалил я. — Мог бы себя за потомка выдавать. И по зеленому сигналу светофора на всех уровнях до генералиссимуса дослужиться. Одобряю…

Дамадаев вернулся.

— Абубакар Магометович, мы тут прикинули свои мысли, пока вас не было…

— И что? — спросил хозяин.

— Вы лично в каких отношениях с Икрамовым?

— Ни в каких. Односельчане, и все…

— Зайти к нему не можете? Просто, по-соседски…

— Скорее всего, он заподозрит неладное. Я к нему ни разу в гости не ходил.

Мы только в магазине встречаемся. — Дамадаев посмотрел на часы. — Минут через пять он в магазин пойдет. За хлебом. У нас тут частная пекарня. Хлеб один человек печет, не много, до утра уже разбирают. Кто горячий хлеб любит, с вечера в магазин идет. По пути можете его перехватить.

— Нам пока его перехватывать не нужно. Вы можете с ним встретиться и сказать, что трое из спецназа ГРУ кого-то ждут… В башне за селом. К ним туда человек придет, который покажет, где искать базу Рифатова. Это все, что от вас требуется.

— Сказать так? — не понял Абубакар Магометович расклада.

 — Сказать можно. Только зачем?

А это ему вовсе и ни к чему было знать. Я вытащил из кармана тысячу рублей и положил на стол:

— Оплата за услуги.

Хозяин показал, что не любит, когда деньги на столе лежат. Примета нехорошая, если деньги без присмотра. Он сразу сгреб купюру.

— А если спросит, откуда я знаю?

— Скажите так, чтобы не спросил. Зло скажите, с издевкой. Просто что-то такое, типа: «Хана твоему Рифатову пришла»… И дальше, что я просил. После такого не спросит ничего. А я в рапорте вас отмечу обязательно, как активного помощника.

Попрошу командование премировать вас денежным вознаграждением.

Дамадаев думал не долго. Полученные деньги требовалось отрабатывать, а купюра уже сильно привыкла к карману. Да и мое обещание отметить его деятельность в рапорте, наверное, подействовало.

— Это я скажу… Сейчас прямо пойду в магазин, там при всех и скажу. Может быть, даже не ему, а просто кому-то, но громко. Чтобы он слышал. А вы…

— А мы пока уйдем. Встретим его за перевалом и проводим…

— Нет. Вы в башню идите. Валиюлла Зайналович человек недоверчивый, может сначала проверить, есть ли кто в башне.

Возьмите у меня у забора по паре поленьев. И костер в башне разведите, чтобы огонь в бойницу видно было. Там есть место от старого костра. Я сам видел. Его в бойницу видно. Это будет убедительно.

— Хорошо, — согласился я. — Мы так и сделаем.

— Попасть можно только в дальнюю башню. У остальных входы заделаны наглухо, чтобы дети не лазили. Башни старые, вот-вот упасть могут. Не приведи Аллах, завалит детей. А дальняя еще крепкая. Ее детям и оставили.