А другие женщины… Ходили слухи, что он познакомился с той ушлой дамочкой, с которой потом сбежал за границу, уже после смерти Мэделайн. Ну а я в это никогда не верила и не поверю. Он уже давно завел с ней интрижку, вот что я вам скажу.

— Значит, мальчик пошел в мать?

— Он боготворил ее. Мне так его жаль. Он хотел быть отважным… пытался защищать ее, но куда уж ему было тягаться с отцом. Джеральд был очень жестокий… как-то раз он швырнул в Мэделайн утюг, а Майкл бросился между ними, и утюг попал прямо ему в лицо. Так он и получил эту отметину.

Барнеби покачал головой.

— Я не знал об этом.

— Но Кэтрин была точь-в-точь как папочка. А он все равно — смылся, ни на секунду не задумавшись о ней. На более слабого человека это бы подействовало угнетающе, уничтожило бы, может быть, но она… она… в данном случае яблочко действительно не укатилось далеко от яблоньки. Хотя со стороны не казалось, что она так уж сильно на него похожа. Он любил выставлять все напоказ… а она больше хранила все в себе. Однако в душе они были похожи как две капли воды. Бешеный характер и железная воля. А когда он уехал, она перенесла все свое внимание на Майкла. А он, бедный парнишка, после смерти матери отчаянно цеплялся за сестру. Ни за что бы вы не подумали, что из них двоих он старший. Она стала для него всем — матерью, отцом, сестрой… Иногда я просто не понимала, что я там вообще делаю, но просто нужно было, чтобы кто-то находился с ними, пока они не вырастут.

Майкл начал рисовать, когда ему было лет четырнадцать. Я имею в виду всерьез. Он всегда успевал в школе по творческим предметам, и учителя настаивали, чтобы он продолжил учебу в колледже. Он поступил туда, но быстро бросил. Сказал, что там одни глупцы. А Кэтрин поддерживала его, говорила, будто для него будет лучше, если он поедет учиться в Европу, посещая галереи, музеи и тому подобное. Так всегда делают настоящие художники, заявляла она. Ну вот, так это все и продолжалось, пока Кэтрин не исполнилось семнадцать. Майклу за два месяца до этого как раз стукнуло восемнадцать, тут-то они и начали ругаться. Мне казалось, что это обычные подростковые ссоры. Они все время сваливали все друг на друга, каждый божий день соревновались в оскорблениях. Она орала на него, он убегал из дому. Но знаете, инспектор, — она подалась вперед и голос ее стал совсем тихим, — мне все время, когда это происходило, казалось, что что-то здесь не так. Я видела, что они продолжают испытывать такие же сильные чувства друг к другу, как и раньше. Эти их ссоры казались какими-то… нарочитыми… ненастоящими."

"А потом как-то ночью я не могла заснуть. Я все ворочалась с боку на бок и часа в три решила все-таки встать и пойти выпить чаю. Я проходила мимо двери Кэтрин и услышала звуки… такие тихие вскрикивания.