— Думала, одного раза будет достаточно, — млела я от требовательных рук, которые скользили по моим ягодицам, жадно сжимая их.

— Я хочу, чтобы ты осталась до утра, Кэтти, — судорожно выдохнул любовник прямо мне в губы и тут же прильнул к ним, захватив в страстный плен.

И я поняла, что останусь с ним столько, сколько он захочет, потому что не в силах сопротивляться такому напору.

— Останешься? — тяжело шептал Бенедикт, отпустив мои губы; тёмные глаза завораживали и ждали ответа.

— Да, — простонала я, чувствуя его возбуждённый член, который упирался мне в живот.

— Спасибо, — он игриво улыбнулся. — Хочу, чтобы ты помыла меня.

Император потянулся к полке и взял оттуда стеклянную баночку с белой густой пастой. Это оказалось мыло. Он открыл крышку, и цветочный аромат заполнил душевую. Я зачерпнула горсть мягкой субстанции и растёрла её по ладоням.

Взглянула на мускулистый торс императора и решила начать с плеч. Намыленные ладони коснулись мокрой бронзовой кожи и легко заскользили по упругим мышцам. Бенедикт судорожно вздохнул и упёрся рукой о стену, прикрыв блаженно глаза.

Я млела, ощущая под ладонями рельеф его накачанного тела, и возбуждение уже вовсю искрило внизу живота. Моё дыхание участилось, когда руки скользнули вниз, намывая упругие бёдра и стальные ягодицы. Боже! Он сложен как Аполлон! Зашла за его широкую спину и принялась легко массировать напряжённые лопатки и позвоночник.

— У тебя волшебные руки, Кэтти, — раздался баритон с хрипотцой.

Не знаю, что нашло на меня, но от его слов я порывисто прильнула к мужской спине, ладони скользнули вверх к его груди, и я прижалась к любовнику. Наши скользкие тела обжигали друг друга, и мне казалось, что они созданы друг для друга. Бенедикт резко развернулся и прижал меня к прохладной стене душевой. Его язык по-хозяйски прошёлся по моей ключице, потом спустился к груди, а пальцы неистово сжали мои ягодицы.

— Ты невероятная, ночная фиалка, — тяжело дышал он, покусывая горошинку соска, — хочу тебя снова.

Ногой я нащупала невысокий выступ в стене и поставила на него пятку, отведя бедро в сторону и давая тем самым сигнал мужчине, что я сама жажду принять его. Император понял намёк и легко вошёл в моё готовое лоно. Я ахнула, цепляясь за его плечи, и горячие губы нашли мои уста, впиваясь до исступления. Бенедикт поднял меня за попу, прижимая к стене, и я обвила ногами его стан, чтобы глубже ощутить его во себе."

"Тёплая вода хлестала по мужским плечам и спине, брызги разлетались в стороны от неистовых толчков, которые вжимали меня в твёрдую стену. Стоны срывались с моих губ, и я растворялась в этом безумие обнажённых тел, отдавая всю себя без остатка. Когда оргазм настиг меня, я чуть не задохнулась от острых ощущений, содрогаясь в желанном экстазе.