А уж как сорят деньгами в то время, когда на улице бабушки просят на хлеб, совсем бесился.

«Мир такой несправедливый», – частенько заводился Дима. Однако продолжал работать исключительно с набитыми кошельками. Он видел в этом определенное равенство на весах. И так оправдывал свое противоречивое отношение к богатым людям.

Взяв кружку с остывшим кофе, он случайно задел локтем белый конверт. Тот с шорохом грохнулся на пол, перевернувшись лицевой стороной. Всего четыре цифры. Так обозначался обычно номер заказчика. Димка почему-то запомнил эти цифры, только что в них было такого?!

Он взял в руки конверт, провел большим пальцем по основанию, задумчиво разглядывая плотную бумагу.

В их сфере было не принято заглядывать внутрь, если отказываешься от заказа. А Дима отказался сразу, он подобные вещи на дух не переносил. И пусть его деятельность была полностью нелегальной, и за плечами маячили не самые лучше дела, но, по крайней мере, он не опускался до того, чтобы вредить людям.

Заказчик, худощавый высокий мужчина с крючковатым носом и впалыми глазами, пришел в последние дни декабря с просьбой именно такого характера.

Он предложил крупную сумму денег. Настолько, что Димка даже немного растерялся. Бывали вещи и посложнее, но предлагали меньше, а тут вроде ничего сложного: навредить какой-то девушке. Метод, сказал клиент, не имеет значения: либо кислотой плеснуть ей в глаза, чтобы навсегда ослепла, либо сбить машиной, либо в подворотне пырнуть ножом. Главное нанести такой вред, чтобы девушка осталась калекой, и чтобы походило это больше на случайность: оказалась не в то время, не в том месте.

Парни из команды Димы тогда долго уговаривали его согласиться. За такие деньги грех было вспоминать о совести, да и не после всего, что пережили сами.

Однако Димка был непреклонен.

– Не нужны мне такие деньги, – категорично заявил он и попросил больше никогда не поднимать тему с этим клиентом.

Время шло, Дима даже успел забыть о конверте и фотографии жертвы, которая хранилась внутри. Он привык соблюдать правила, за что обзавелся хорошей репутацией. Но сейчас, увидев снова злополучный конверт, отчего-то грудь охватило паническим страхом. Что это было за чувство такое и откуда взялось, Дима не понял. Он сделал глоток кофе, встал, походил по маленькой темной комнатке.

Однако глаз то и дело цеплялся за конверт.

“Кто же она”, – крутилась навязчивая мысль в голове.

Все это, конечно, было неправильно с точки зрения профессиональной этики. И, возможно, не возникни в груди тревога, Димка бы никогда не полез смотреть. Он и с совестью-то только так договорился, иначе не получалось бы. Но когда конверт был вскрыт, Дима выронил его рук, ощущая, как стал задыхаться.

Там внутри… была фотография Риты.

Первые минут пять был шок. Острый.