После того, как я немного освоилась за столом, почувствовав себя более уверенно, одна из дам, сидевшая несколькими местами дальше, обратилась ко мне с приторно-сладкой улыбкой:

– Какое красивое платье у вас, госпожа Элис! Помню, как графиня Амалия блистала в нём на балу прошлой осенью. Она не побоялась дать его вам?

Заметив двусмысленность в её голосе, я слегка напряглась.

– Графиня Амалия очень добра ко мне, – ответила я, стараясь сохранить спокойствие. – Она предложила мне это платье по собственной инициативе.

– Да, доброта – это прекрасно, – вставила другая дама, сидевшая рядом с первой. – Но, знаете ли, не все готовы делиться своими нарядами с… людьми разных профессий. Вдруг вы решите принять у кого-то роды в нем и запачкаете его кровью?

Она изобразила брезгливую гримасу, и по залу прокатилась волна сдавленных смешков."

"– Или ваша птица… хм… запачкает его, – добавила первая дама, глядя на Карла, сидевшего у меня на плече.

Карл, услышав эти слова, возмущенно каркнул:

– Я, между прочим, воспитанная птица! И могу себя контролировать!

Его возмущенное карканье вызвало новую волну смешков и шепотков. Чувствуя, как кровь приливает к щекам, я постаралась взять себя в руки.

– Могу вас заверить, – сказала я, глядя прямо в глаза той даме, что заговорила первой, – что графиня Амалия не пожалеет о своем великодушии. И, если кому-то из присутствующих дам понадобится моя помощь, я окажу ее, не обращая внимания на их социальный статус и… наряды. Что же касается Карла, – я слегка погладила ворона по голове, – то он лучше воспитан, чем некоторые гости на этом приеме.

После моих слов в зале повисла напряженная тишина. Всё внимание было обращено на нас. Та дама, что говорила первой, уже открыла рот, чтобы что-то ответить, но тут раздался голос графа Инара.

– Прошу прощения, дамы, – сказал он, глядя на меня своими необычными янтарными глазами. – Позвольте сказать, иногда вовсе не стыдно запачкать наряд, делая добро другим. Напротив, это куда достойнее, чем хранить его в сундуке, боясь испортить.

Его слова были произнесены твердо и уверенно. Мне показалось, я слышу скрытую поддержку. Аристократки, казалось, были несколько ошеломлены его вмешательством. Карл довольно каркнул, словно одобряя речь графа. Доктор Отто и баронесса фон Эренталь ободряюще улыбнулись мне.

После слов графа Инара та дама, что хотела меня уколоть, смолкла, словно пристыженная. Остаток ужина я разговаривала только с доктором Отто и баронессой фон Эренталь на светские темы, стараясь не привлекать к себе внимания и не вмешиваясь в общий разговор.

Как только ужин закончился, я поторопилась покинуть залу, желая как можно скорее избежать любых новых неловкостей. Я уже почти достигла двери, когда граф Инар окликнул меня.