А то ли сильнее, чем верхние.

– А этот каким бесам служит?

– Этот – нижним. Чертой они наш земляной мир обозначают, а под ней и над ней – миры духов. Если верхний больше нижнего, значит, шаман с верхними дружит. Ежли наоборот – с нижними.

– А дохтор наш с какими дружит? – вдруг спросил кто-то.

– Доктор-то? – Вогуличев крепко почесал в голове. – Да кто ж его знает. Вот поди и спроси у него.

– Так он же не скажет.

– Он с вечера опять зарядимшись. Вон, глазами ворочает. Точь-в-точь шаман.

Между тем шаман все быстрее обходил вокруг костра и ложа больного: то скользил плавно, как змея, то прыгал лягушкой, то принимался скакать по-козлиному и трясти головой. Бубен под ударами била издавал пронзительные и тягучие низкие звуки, которым вторила глотка шамана, исторгавшая утробные рулады. Чем больше он вертелся и прыгал, тем сильнее начинал биться в бреду больной – мотал головой, разбрасывал руки, выгибал спину и стонал.

– Умается так, – пожалел шамана солдат, сидевший рядом с Вогуличевым.

– Ему еще долго скакать, – ответил тот. – Они привыкшие. С духами разговор долгий. А ты думал!

Но разговор шамана с духами случился короче, чем все предполагали, и виной тому был доктор.

Он видел то, чего никто, кроме, может быть, шамана, видеть не мог. Но шаман был занят пляской, а доктор сидел спокойно и внимательно смотрел. В какой-то момент он почувствовал приближение знакомого состояния, когда легкая дрожь из кончиков пальцев перемещалась по приятно натянутым ниточкам нервов внутрь тела, к самому сердцу, а потом проникала в голову – тогда доктору делалось совсем хорошо. Окружающая реальность меркла, словно гасили свет, и в полутьме он начинал различать то, чего не видно в другое время. Доктор называл их «гостями». Они могли иметь различные формы и размеры, и все показывали разные фокусы. Например, хватали его за руку и тянули – рука вытягивалась на много метров и могла, кажется, достать до верхушек деревьев. Это было забавно. Но иногда они не приходили, тогда доктор томился и даже плакал, как ребенок, потому что становилось страшно. Или же начинал громко смеяться, потому что собственный страх казался ему забавным фокусом.

Но в этот раз гости повели себя иначе. Сперва все шло обычно – начались фокусы. Один из гостей был длинноволосой девицей в коричневом плаще с капюшоном. Он подошел к больному аборигену и стал трясти его, бить, поднимать и с силой швырять обратно. Шаман исчез из поля зрения доктора, как и остальной мир. Второй гость был коротышка с уродливой физиономией. Сначала он ничего не делал, только смотрел попеременно на девицу и доктора. Взгляд у него был светящийся и злой, но доктор давно не пугался таких вещей.

Он даже не испытал никаких неприятных ощущений, когда карлик приблизился к нему и взял за руку.