Она на миг зажмурилась, набираясь храбрости, чтобы читать дальше, но буквы уже меркли. Многого было не разобрать.

Расставлены сети злодейские ловко

Столкнутся......... и............................

Свершится проклятие древних могил.

И встанет .........во главе темных сил.

Лишь тот победит, кто забудет про боль -

Решится шагнуть в.......................................

Наконец к Тане вернулось её обычное самообладание.

– Что-то мне все это не нравится. Попахивает очередным рифмованным пророчеством Древнира. А очередное пророчество – это очередные неприятности, – озабоченно сказала она.

Малютка Гроттер вытащила обычную шариковую ручку – лучшее, на её взгляд, изобретение лопухоидов, которое было куда удобнее магического гусиного пера – и терпеливо переписала пророчество на ладонь.

На другое утро она отправилась в магпункт, попросила у Ягге книжицу «Проделка белых магов в пересказе Гуго Хитрого» и постучала согнутым пальцем по портрету на обложке.

– Минуточку! Я не совсем одет! – произнес кто-то. Почти сразу на портрете появилась сияющая лысина Гуго, на которую он поспешно натягивал пудренный парик.

– Слушай.

.. Когда ты говорил, что не одет, ты имел в виду парик? – заинтересовалась Таня.

– Разумеется. Если бы я имел в виду нечто иное, я и выразился бы иначе. К примеру: «Пардон, мадемуазель! Я в неглиже! Не затруднило бы вас навестить меня позднее?» – с куртуазной вежливостью подтвердил Гуго.

Таня хмыкнула.

– Чего уж тут пардониться? В «наглеже» ты постоянно. Лучше скажи, что ты вот об этом думаешь? – сказала она и показала ладонь.

– Ну-ка, ну-ка! Дай взглянуть! Ну и почерк у тебя, пишешь, просто как бройлер окорочком! – поморщился Гуго.

Некоторое время он сосредоточенно читал, а потом озабоченно поинтересовался:

– Откуда ты это взяла? Надеюсь, не сама написала?

– Нет.

Это было на дверце печи в сторожке Древнира.

Гуго Хитрый закивал.

– О! Это в корне меняет дело. Да, никто не спорит: Древнир был величайший маг и мудрейший прорицатель. Я не помню случая, чтобы он ошибался. Однако, между нами, я выражал бы свои вещие мысли прозой. У бедняги начисто отсутствует поэтический дар. Ему м-дэ... – что называется, грифон на ухо наступил! – сказал Гуго.

– А тебе не наступал? – обиделась за Древнира Таня.

Гуго надулся.

– Что-с? Вы оскорбляете меня своими нелепыми подозрениями! Запомните на долгие годы: я талантливый, изобретательный, пронырливый – и все в одном флаконе! В очень красивом флаконе. Вот в этом! – сказал он, постучав себя в грудь."

"– Здорово. А ты умный? – поинтересовалась Таня.

– А как же! Даже с задатками гения, – скромно уточнил Гуго.

– Уважаю гениев! Нас так мало осталось! А раз так, восстанови пророчество целиком. Разберись с исчезнувшими словами, – сказала Таня.

Гуго Хитрый вздохнул.