– Нужно сесть на пустыре, за вокзалом, чтобы пассажиры не заметили приземлившегося вертолета, – обратился Федоров к пилоту.

– А больше и негде, – ответил тот. – Только они ведь все равно вертолет услышат. Вон как грохочет. – Пилот поднял глаза к крыше кабины, над которой оглушающе рубил лопастями воздух несущий винт.

«Конечно, услышат! – готов был выкрикнуть Федоров. – И тот, кого мы разыскиваем, тоже услышит! Но при любых обстоятельствах мы обязаны его взять!» Выглянув из пилотской кабины, Федоров обратился к Кудрявцеву:

– Женя, как только сядем, сразу к поезду! Одна группа проверяет вагоны, вторая контролирует состав. Если Осокин спрыгнет с поезда, не дайте ему уйти!

– Ясно. – Кудрявцев кивнул и, повернувшись к своим бойцам, принялся отдавать соответствующие приказания.

– Товарищ подполковник!.. – донесся из кабины взволнованный голос пилота. – Поезд, похоже, тронулся.

Федоров резко обернулся. Состав действительно тронулся с места. Его тепловоз, выпустив облако сизого дыма, медленно полз вперед, увлекая за собой прицепленные к нему вагоны. «Что там произошло, ведь Кожевин обещал задержать отправление? Или на станции не работает связь?» Гадать о причинах случившегося уже не было времени. Ситуация требовала принятия немедленного решения, и Федоров подтвердил свой первоначальный приказ:

– Экстренная посадка! Женя, твоя группа на осмотр поезда! Я к начальнику станции – задержу отправление!

На этот раз Кудрявцев ответить не успел. У него, как и у других бойцов «Каскада», горло перехватил спазм, а желудок вместе с легкими рванулся наружу, когда вертолет по крутой дуге спикировал к земле...

Поезд тронулся, и немногочисленные торговки, ходившие вдоль состава с бутылками пива и вялеными лещами и воблой, с неохотой отошли от вагонов. Стен с удовольствием бы закусил парой таких рыбин, запивая их предлагаемым пивом, но для покупки нужно было оставить купе и выйти из вагона, что, по мнению диверсанта, являлось неоправданным риском. Он отнюдь не был уверен в том, что в его отсутствие Юля не устроит истерику или не попытается сбежать. Стен уже убедился, что управлять заложницей можно, лишь постоянно внушая ей страх, для чего требовалось его неотлучное присутствие. Он еще раз взглянул в лицо девушки. Ее сомкнутые веки слегка подрагивали. «Нет, пташка, ты меня не обманешь, – с усмешкой подумал Стен. – Стоит чуть ослабить хватку, и ты уже рвешься на волю. Может быть, когда я насажу тебя на свой кукан, ты будешь более сговорчивой?»

Сквозь усиливающийся стук вагонных колес прорвался посторонний звук. Диверсант мгновенно напрягся, ощутив опасность. Ему показалось, что он слышит знакомый треск вертолетных лопастей.