Возвращаюсь к Дарье и вкратце рассказываю, что удалось узнать. Пока она записывает что-то на свои бумажки, приходит сообщение от Демида. Я открываю и читаю.

""Новый труп. Девушка. Криминалисты обнаружили, что у нее не хватает органов.""

Я перечитываю ещё раз, медленно. Внутри неприятно холодеет. Сердце сжимается от нехорошего предчувствия.

""В смысле?"" — пишу в ответ.

""Приезжай, сам увидишь.""

— Что-то случилось? — Дарья смотрит на меня внимательно.

— Мне надо уехать, — сжимаю телефон сильнее и иду одеваться.

— Я с тобой, — Даша решительно поднимается на ноги.

— Нет, останься здесь.

— Марат, я больше не могу просто сидеть! — она сжимает губы, злится. — Я хочу быть полезной. Помочь тебе.

Я касаюсь ее щеки, пытаюсь смягчить. Глаза вспыхивают возмущением, но в них ещё и страх. Внутри что-то неприятно сжимается. Я знаю, что она права. Оставлять её здесь — пытка для нее. Но тянуть за собой — смертельно опасно.

— Потерпи ещё немного, — прошу я мягко.

Даша смотрит в мои глаза, тяжело выдыхает. В груди растет что-то странное, непривычное. Это не просто ответственность, не просто влечение. Это гораздо больше. И меня это пугает.

Я наклоняюсь, целую её. Глубоко, долго, будто хочу оставить часть себя.

А потом уезжаю. Снова на такси. Машина набирает скорость, а мысли скачут, сосредоточиться не получается. В висках стучит тревога, а в груди холодеет. Это ощущение я знаю. Оно всегда приходит перед самым худшим.

А если это её сестра?

Глава 34 Дарья

Марат уехал, и квартира сразу стала холодной и пустой. Я сижу за столом, глядя в монитор ноутбука, но не вижу на экране ничего осмысленного. Слова сливаются, цифры теряют смысл. Тишина давит со всех сторон, словно стены сжимаются, оставляя меня один на один с нарастающей тревогой.

Я откидываюсь на спинку стула, закрываю глаза и глубоко вдыхаю. В груди неприятный комок, и чем дольше Марата нет, тем сильнее он становится. А если что-то случится с моей сестрой, он мне расскажет? Не уверена. От этой мысли по спине пробегает холод. Я сжимаю кулаки, стараясь не поддаваться панике.

Пытаюсь занять себя чем-то полезным. Снова ухожу с головой в ноутбук, перебираю бумаги, делаю пометки, но пальцы дрожат. Кончики пальцев холодные, но мне жарко. Дыхание становится сбивчивым, когда я перечитываю строки документов, надеясь найти в них что-то новое, что-то, что упустили все остальные. Но в голове гудит одно и то же: пока я сижу здесь, возможно, там.... Марат не спроста сорвался. И мне ничего не сказал.

Я резко поднимаюсь и начинаю ходить по комнате. Секунды тянутся мучительно долго. Кажется, что прошло уже несколько часов, но, когда смотрю на часы, понимаю — прошло всего двадцать минут.

Солнце лениво пробивается сквозь шторы, утренний свет ложится полосами на пол.