Он не может отвести меня в свою пещеру, как будто я всегда принадлежала ей.

— Отпусти меня!

Шлепок.

Я замираю, боль отдаётся в моей заднице.

Он только что... шлепнул меня?

Мои щеки пылают от унижения и чего-то еще, чего я не могу понять.

Я пытаюсь высвободиться.

Он снова шлепает меня — на этот раз сильнее.

Я вздрагиваю, крича от чего-то гораздо более отличного, чем боль.

Что за...?

— Лежи спокойно, или мы можем заниматься этим весь день.

Его рука ласкает плоть, которую он только что шлепнул, медленно, слишком медленно.

По моей коже пробегают мурашки, и с губ срывается невнятный звук.

— Хм. Или тебе бы этого хотелось, милая?

Я сжимаю губы, потому что все, что я скажу, только ухудшит ситуацию.

Он не убирает руку с моей задницы, словно это какая-то угроза. Я остаюсь неподвижной, не готовая снова испытать эти странные ощущения.

Оказавшись перед домом, Эйден вводит комбинацию — это означает, что это место принадлежит ему или его отцу.

Автоматический свет включается, когда мы движемся по коридору.

Он ставит меня на ноги посреди гостиной среднего размера с серыми диванами и кухонным баром в поле зрения.

Дизайнерские лампы свисают с потолка, придавая коттеджу современный вид, который я не заметила снаружи. В углу стоит бильярдный стол, а на кофейном столике шахматная доска с незаконченной игрой.

Здесь кажется намного уютнее, чем в особняке Кинга.

Когда мой взгляд возвращается к Эйдену, он смотрит, как я осматриваю пространство, нахмурив брови, будто пытается взломать код.

— Это твоё? — спрашиваю я легким тоном, пытаясь рассеять напряжение.

— Это Meet Up.

Оу.

Итак, это то самое место, о котором я так наслышана.

По сути, это секретное убежище для четырех всадников и начинающих игроков Элиты.

Все в КЭШ говорят об этом месте, как о тайном обществе или что-то в этом роде, но это, вероятно, потому что доступ разрешен только избранным игрокам.

— Зачем ты привез меня сюда?

— Чтобы никто не помешал.

Я сглатываю, глядя на него, чтобы понять его настроение. Однако это чертово бесстрастное лицо не ускользает.

Если бы только он был немного более доступным. А он как камень. Неизменный и неподвижный.

Я боюсь ответа, но все равно задаю вопрос.

"— Не помешал чему?

Он садится на диван, широко расставив ноги, и кладет локоть на подлокотник. Он опирается на кулак и продолжает наблюдать за мной.

То, как его металлические глаза впиваются в мои, сулит неприятности.

Много неприятностей.

— Ты выяснила, за что тебе придется заплатить? — он спрашивает нейтральным, низким тоном.

Я инстинктивно делаю шаг назад, чтобы не оказаться на расстоянии вытянутой руки.

Коул и Ронан были правы. Спокойная сторона Эйдена гораздо страшнее, чем его разъяренная.