Такого Арне я раньше постоянно видела в клубе.

— Клоди, я рад тебя видеть, — сказал светловолосый парень, прерывая разговор с мужчиной. Я думала, что невозможно чувствовать себя еще более неловко, но ошибалась. Теперь, когда все взгляды близь стоящих людей были прикованы ко мне, я нервно закусила губу совершенно не зная, как себя вести. — У тебя же скоро выставка? Я обязательно приду, — парень подошел ко мне и еле заметно наклонил голову. — Я слышал все те нелепые слухи и надеюсь, что они не доставили тебе неприятностей.

— Спасибо, я рада, что вы придете, — я говорила первое, что пришло в голову, стараясь смотреть на Арне не как на знакомого парня с клуба и возможного насильника, а как на спонсора.

Получалось плохо. Тем более, я не рискнула обращаться к нему на «ты». — Слухи неприятные, но на выставку, к счастью, они никак не повлияли, — я соврала и абсолютно все это прекрасно поняли. Моя выставка была на грани срыва и это обсуждалось точно так же, как и все эти небылицы.

Мы с Арне перекинулись еще несколькими фразами, после чего он попрощался со мной и продолжил свой разговор с тем мужчиной, вновь возвращаясь к своей привычной безразличности.

— Клоди, почему ты не сказала, что лично знакома с ним? — Гросье выглядела такой же удивленной, как и большинство гостей, кто услышал мой разговор с Арне. — И он вел себя так учтиво. Где ты познакомилась с Арне Габеном? Он раньше не приходил в твою галерею и в «Алтитюд» заглядывал крайне редко.

— Мы с ним были в одном клубе, — тихо пробормотала я. Гросье тут же спросила, что это за клуб, такой в котором состоит Арне Габен и в который пускают девушек. Не желая вдаваться в подробности, я пробормотала несколько невнятных слов и отошла в сторону.

Мне не нравилась вся эта суета вокруг Арне, будто он являлся ничем иным, как Богом. Даже восхищение в голосе Гросье слегка нервировало. Опять отойдя к стене, я прикусила фалангу указательного пальца, пытаясь успокоиться. Сердце бешено стучало и внутри, шумными волнами, хлестали непонятные мне чувства. Это была не зависть по отношению к Арне, а скорее, неодобрение к его персоне и преподнесением парня. Как бы мне не было тяжело это признавать, но тот взбалмошный Арне, которого я видела в клубе, был мне более приятен, чем этот Арне, вокруг которого все бегали, как цирковые собачки на задних лапах.

И, пусть Арне улыбался мне, но я чувствовала это напряжение, повисшее между нами. Но зачем он повел себя так дружелюбно, а не унизил меня при всех этих людях, припоминая недавнюю ссору?

***

Вечер шел в привычном ритме и уже скоро должен был состояться аукцион. Странно, но того разговора с Арне хватило, чтобы мнение людей обо мне кардинально изменилось.