Да, я знала, что в этом зале многие пересказывали друг другу те сплетни, точно так же, как и понимала, что с каждым лживым словом, они приобретают новые мрачные краски, облепливая меня слоем грязи. Может, мне не стоило приходить сюда, пытаясь исправить ситуацию. Кажется, все шло еще хуже.

Я не хотела сдаваться и понимала, что буду бороться до последнего. Но руки постепенно опускались, будто на запястья легли массивные кандалы, обрамленные острыми шипами и приходило понимание того, что, возможно, уже вскоре, моей упорности будет недостаточно для того, чтобы двигаться вперед.

Внезапно, собравшиеся в зале, оживились еще сильнее, насколько это вообще было возможно, и недалеко от входа собралось небольшое скопление людей. Пытаясь понять, чем все это было вызвано, я посмотрела в ту сторону, ощущая, как сердце пропустило удар.

Там, среди разодетых людей творчества, напыщенных дам и журналистов, я увидела Арне Габена. Как и обычно, в неизменном деловом костюме, прекрасно сидящем на его стройном теле и вычищенных до блеска туфлях. Он производил невероятное впечатление строгости и собранности, холодившими воздух, возникшей атмосферой.

Волосы аккуратно уложены, на лице спокойствие, а в пустых глазах лишь тусклые отблески размеренной скуки. Арне вел себя так же, как и в тот день, когда я увидела его на работе, но люди, все равно, окружили его, пытаясь урвать немного внимания. Даже немного смешно, как все эти высокомерные мужчины в возрасте, тянули к нему руки, чтобы пожать и поприветствовать светловолосого парня. Неприятно смотреть на этот цирк людского лицемерия, скрытого за показным дружелюбием. Я же понимала, что все эти люди окружили Арне не потому, что он превосходный собеседник, благодаря чему пользуется популярностью в любом обществе. Арне богат и имеет власть, а все эти стервятники хотят лишь урвать выгоду."

"Меня передернуло и губы сложились в тонкую линию, ясно выражая мое недовольство. Этот вечер и так был паршивее некуда, а с появлением Арне, я поняла, что мне пора идти домой, чтобы избежать дальнейших несуразных ситуаций. Неприятно чувствовать себя изгоем, в тот момент, когда Арне чуть ли не король бала.

— Клоди, — меня позвала Гросье.

Она, опять, неожиданно подошла ко мне и, легко сжав ладонь на моем локте, наклонилась к уху. — Арне Габен, сын Гюго Габена, пришел, — женщина сказала совсем тихо, кивнув в ту сторону, где стоял светловолосый парень. — Ты ему еще не была представлена, но сейчас отличный шанс это сделать, раз уж он появился тут. Только, Клоди, пожалуйста, произведи на него хорошее впечатление.

Гросье пошла вперед и потянула меня за руку, но я уперлась туфлями в пол, отказываясь куда-либо идти.