Как и раньше, дома быстро приобретают плотность, ближайшие деревья словно придвигаются ещё чуточку ближе, а остальные делаются отдалён-нее, будто мир вокруг меня становится трёхмерным. Мимо проносится машина, и сцена набирает яркость и свет. Всё это занимает всего несколько секунд.

Металлическая пластина над моими глазами светится ярко-синим. Если смотреть на неё слишком долго, начинают болеть глаза. Я слышу голос доктора Преториус:

– Окей, Джорджи. Теперь мы видим тебя на экране. Каково там? – Голос у неё нетерпеливый, как у ребёнка.

Потом менее отчётливый голос – Рамзи – произносит:

– Ого! Офигенно!

Выглядит всё вот как: я стою на набережной. Точно воспроизведённой трёхмерной копии набережной снаружи Купола.

– Тут… тут великолепно! – отвечаю я.

Вокруг меня люди, и они настоящие. Я вижу море, и оно настоящее. Звуки настоящие. Всё настоящее! Я поднимаю голову, и небо кажется бесконечным – как и должно.

Устройства ВР, которые мы с Рамзи тестировали до сих пор, были шикарные, но я всегда знала, что нахожусь в игре. Иногда люди двигались немного дёргано, или у какого-нибудь объекта были размытые края – куча мелких зацепок. Но тут всё иначе: этот виртуальный мир виртуально идеален.

Я глубоко вдыхаю.

А. Вот это странно. Пахнет в точности как внутри павильона. Я вдыхаю ещё раз и ещё. Потом слышу, что доктор Преториус говорит:

– Ты ничего не почуешь, Джорджи. Обонятельная симуляция ещё не завершена. Это только прототип, помнишь? Можешь повернуться? Как там визуально?

Я почти лишена дара речи, но медленно поворачиваюсь кругом и умудряюсь выдавить:

– Невероятно!

Проходящие мимо меня люди кажутся совершенно, абсолютно реальными, хоть я и знаю, что это не так. Я быстро мотаю головой из стороны в сторону, и от этого перед глазами слегка рябит, словно программе требуется полсекунды, чтобы успеть за движениями моей головы.

Я нахожусь в сгенерированном компьютером мире, и он…

АБСОЛЮТНО

ОФИГЕННЫЙ!

Неудивительно, что доктор Преториус хранила это в секрете. По правую руку от меня по дороге проносится ещё одна машина, и я слышу доносящийся откуда-то детский крик: «Мама!» До сих пор я не двигалась: только оглядывалась кругом, вращая головой влево-вправо, вверх-вниз, подмечая каждую деталь этой великолепной иллюзии.

– Джорджи! Ты меня слышишь?

Что-то я совсем увлеклась.

– …да. Да, я вас слышу. Это… чудесно.

– Окей – перейди на ту сторону улицы, Джорджи. У нас не очень много времени. И смотри в оба, когда будешь переходить дорогу. Я не совсем уверена, насколько реалистичным будет столкновение с машиной."

"«О-оке-ей…» – думаю я, немного нервничая. Перехожу дорогу (оказавшуюся не такой оживлённой, как я ожидала) и иду вперёд, пока в поле моего зрения не появляется пляж, а за ним – море.