Я чувствую, как он решает сейчас эту задачу. Ему требуется меньше минуты.

– Я думаю, тебе нужны антидепрессанты.

– Антидепрессанты? – распахиваю глаза, уже не сдерживая рыданий. – Антидепрессанты, Давид? Что ты несешь?? Я была с другим мужчиной, Давид!

Он делает шаг назад.

– Знаю, – его голос становится жестче, но еще более спокойным. – И что мне теперь – повеситься? Тебя убить? Его?

– Вот так?… – в шоке я развожу руками, теряя голос и смысл в разговоре.

– Алиса, – его тон смягчается. – Мы поговорим обо всем завтра. Сейчас ты выпьешь таблетку, ляжешь спать. И я сделаю все, чтобы этот неприятный инцидент не разрушил наше светлое, многообещающее будущее. Просто не мешай мне, дурочка…

Утром я валяюсь до последнего, не желая никого видеть.

– Где твое кольцо, Алиса? Мама обязательно заметит его отсутствие.

Кольцо!

– Я съезжу… – вдруг чувствую я лазейку, чтобы вырваться отсюда под благовидным предлогом.

– Не нужно. Туда уже поехали.

– Как поехали? – теряюсь я.

– Так – поехали. Заберут твои вещи и вернут ключ хозяину. Я же сказал, что ты больше там не появишься.

Давид выходит, хлопнув дверью чуть сильнее.

В другое время меня бы даже порадовал этот скупой всплеск эмоций, но сейчас мне абсолютно по барабану.

Я хочу увидеть Макса. Уверена, что если бы он хлопнул дверью, меня бы сдуло! Я голодаю без тех эмоций, что он давал мне.

Но внутри мне страшно. Ведь я почему-то оказалась здесь, с Давидом. Как это произошло? Мы вернулись, приехал Давид, потом получите-распишитесь? Как это было вообще?! Что-то я не верю в то, что если бы Макс не хотел, чтобы я поехала с Давидом…

Быть может, ему было уже все равно? Внутри все болезненно ноет.

– Не задерживайся к завтраку, – заглядывает Давид. – Мама ждет.

– Подождет твоя мама! – шепотом огрызаюсь я.

Продирая расческой запутанные волосы, я силюсь вспомнить, как оказалась с Давидом. Помню, что было ужасно стыдно… И больше ничего.

– Алиска! – залетает рыжая Иринка.

Ирен Кац очень теплая, я бы даже сказала – горячая, в отличие от всего остального семейства, которому явно не хватает градусов. Ох, нагуляла ее наша королева, явно нагуляла! Потому и ненавидит, что она живой памятник ее бл*дству!

«Сама-то не лучше!» – вспоминаю я свои похождения.

– Ты чего такая смурная? Прячешься от всех?

Ирка старше меня на год, но мне кажется – лет на десять. Глупо, конечно, искать поддержки у сестры Давида! Но я ж та еще дура.

– Я не могу за него замуж… – со стоном падаю на подушки.

– У невесты истерика? – хихикает она.

Не поддержав ее хохотушки, я начинаю тихо реветь.

– Давид накосячил?..

Отрицательно качаю головой.

– Мужик другой, что ли? – округляет она глаза.

Ой, ну не могу все это ей… Я вздыхаю и молчу.

– Не дури, Алиска! – тормошит она меня.