– Любопытство есть неотъемлемое свойство человеческой природы, в том числе и вашей.

– Отродясь не был сплетником.

– Не равняйте пчел с мухами. Неужели вам совсем не любопытно?

– Нет! Я имею в виду, что… Господин генерал-штаб-лекарь, любопытство подразумевает… равнодушие, а я на стороне виконта Сэ. Собственно, потому я и принял предложение Придда.

– А знаете, я готов с вами согласиться. Откровенно говоря, наследник Дораков и мне совершенно не нравится, причем чуть ли не с первых дней его появления. Рассчитывать на то, что сего господина оставят без уха, увы, не приходится, но пусть хотя бы напугают.

– Разделяю ваши чувства.

– Лучше скажите, достаточно ли преимуществ у вашего подопечного, чтобы обеспечить устраивающий нас результат? Дарзье на пять-шесть лет старше и по виду крупнее.

– Таких наставников, как у Савиньяка, у него быть просто не может. Как и опыта настоящего кровопролития.

– Еще вопрос, служил ли он вообще, – мэтр выпустил облачко пара. – Сейчас все приличные и не увечные при деле, а Дарзье прикатил с сестрой в Ноймар еще до снега. У молодчика была тьма возможностей заняться чем-нибудь полезным, а он сидел с герцогиней.

– Ну… – протянул Чарльз и замолчал. Из ночных откровений Валме складывалось впечатление, что самочинно надевший капитанскую перевязь теньент умчался к батюшке, быстренько сбросил мундир и отправился под шлейф к регентской супруге, но при пересказе эта история оборачивалась беспардонной сплетней.

– К Змею, – врач внезапно отмахнулся, избавив собеседника от необходимости отвечать. – Сегодня всяко важней другой опыт, дуэльный. О! А вот и наши друзья.

– Не только.

Соперники умудрились появиться одновременно.

Савиньяк с Приддом спустились с галереи, Дарзье с младшим Рафиано и Тауром «с неторопливым достоинством» выплыли из словно бы глотнувшей ушедшей ночи арочки.

– Удачно мы встали, – заметил Лизоб. – Я бы даже сказал, непредвзято.

Дуэлянты сочли так же. Дарзье занял позицию у дальней стены, а Савиньяк остался на последней ступеньке, чуть наклонясь вперед и придерживаясь за подпирающий галерею столб. Наступало время секундантов, время расшаркиваний и повторений.

– Доброе утро, господа, – первым на правах непредвзятого заговорил Лизоб.

 – Сегодня морозно.

– Доброе утро, господин генерал-штаб-лекарь, – подхватил Рафле. – Доброе утро, господа. Да, холодно, но хотя бы нет ветра.

– Доброе утро, – принял эстафету Придд. – Ветер сделал бы нашу встречу несколько менее приятной.

– Доброе утро, господа, – о ветре и морозе уже сказали, а повторяться Чарльз не стал.

– Доброе утро, – подал голос виконт Таур. – Перейдем к делу.

– Извольте, – согласился морозным и безветренным голосом Спрут.