Арлетта опознала висевшие над городом созвездия, полюбовалась лунными пятнами и вернулась на заиндевевшую крышу.

– Спасибо за вечность, но что тебе нужно?

– Чтобы вы вспомнили Веннена, Лахузу и последнего Эрнани. Все они так или иначе упоминают Малую Кошку.

– С ней что-то не так?

– Возможно.

Арлетта вскинула голову, звездная мелочь исчезла, но крупные звезды продолжали мерцать, будоража душу. Поэты всегда будут писать о звездах, иначе какие же они поэты?

– Подскажи! – потребовала графиня."

"– «Бриллиантовые очи вечно щурит тварь ночная…»

– «Встанет над храмом серебряный зверь молчаливый,

Он лишь один непредвзятым свидетелем будет»… А что про нее у Эрнани?

– «Снежный, вымораживающий взгляд».

Если вы ничего не заметили, сравните стихи с оригиналом.

– При Эрнани глаз у твари был серебряным, а сейчас… позеленел? В скверне тонет не только земля, но и небо?! Причем давно.

– Давно?

– На моей памяти око Малой Кошки всегда отливало зеленью.

– Валме, Герард, Уилер со своими парнями и семейство Варнике видят его белым. Ариго, Эпинэ, Придд, Арно и я – зеленоватым.

– И что?

– Пока не знаю.

Возможно, те, кого называли эориями, могут узнавать друг друга, взглянув на звезды. Спускаемся?

– Так сразу? Шадди лучше пить, слегка замерзнув. Георгию волнует завтрашняя дуэль, а нужно ли беспокоиться мне?

– А что вам подсказывает сердце?

– Что полагающие себя умными гости проведут ночь в размышлениях. Ли вытащил Манрика из Бергмарк, девица Манрик самовольно надела родовые цвета и явилась в них ко двору, герцог Придд представил ее королю, а наследник Валмонов выбрал для кальтарина, выхватив из-под носа у наследника Дораков, с которым немедленно затеял ссору младший Савиньяк.

Мало того, подоспевший Придд повел дело так, что ссора обернулась дуэлью. Ну кто поверит, что это случайность?

– Никто, но где в этом раскладе мы с вами?

– Я пока нигде, но, если девицу не сделают фрейлиной, мне придется плеснуть в огонь масла. Что до тебя, то своим танцем ты окончательно всех заморочил. Истосковавшийся без войны и доступных дам регент походя разрешил поединки вплоть до линии, спихнул скучные бумаги подвернувшемуся законнику и пустился в пляс. Остается залезть ночью в чье-то окно, а утром умчаться.

– Я умчусь, – заверил Алва, – что до окон, то по случаю зимы их замазали, так что ночь я проведу с вами. Арлетта, почему бы вам не отправиться в Альт-Вельдер? Вдова Курта должна наконец родить, а графиню Ариго нужно поддержать.

– Почему ты меня гонишь? – Арлетта уставилась на звезду, та ответила зеленым кошачьим прищуром. – Не спорю, здесь собралось омерзительное общество, но отсидевшиеся и выждавшие омерзительны всегда.

– Тем более не стоит на них смотреть.