* * *Он вновь стоял на мосту. И вновь кормил рыбок. И, пусть и знал, что это лишь сон, но на душе становилось немного лучше. Чуточку спокойней. И, одновременно с этим, лишь больше злобы разгоралось в его сердце.

Он мысленно повторял:

— Яшмовый Император, Дергер, Кестани, Аштари…

Раз за разом, стараясь запомнить, выжечь в своем сознании имена тех, кого однажды покарает. Кто познает на себе всю глубину отчаянья, которое испытывает Элиол.

— Ты пришел, — прозвучал рядом голос.

Он повернулся к ней. К жрице Кестани, что раньше часто беседовала с ним на мосту.

— Здравствуй, — процедил Элиол. — мать.

Жриц не была удивлена. Она лишь встала рядом с ним и, как и раньше, вытащила из складок одеяний кожаны мешочек и начала кормить рыб.

— Мать… ты же не любил это слово, Элиол. Всегда говорил матушка и мама…

Мастер промолчал. Он пришел сюда не ради пустых разговоров. У него были вопросы, на которые он искал ответа.

— Как мне попасть на Седьмое Небо?

— Почему ты думаешь, что я знаю?

— Потому что ты жрица богини судьбы.

И его мать, давшая ему жизнь, засмеялась. Тяжело и угрюмо."

"— Кестани имеет такое же отношение к судьбе, как огонь в печи к лесному пожару… нет, я не её жрица. Я служу той, кто сама служит судьбе.

— И кто же это?

Она повернулась к нему, а затем снова продолжила кормить рыбок.

— Древо Жизни.

— Значит Древо Жизни знает, как мне отыскать путь на Седьмое Небо? — с нажимом спросил Элиол.

— Древо Жизни знает все, — ответила жрица. — но я не скажу тебе, как его найти.

— Почему?

— Потому что ты принесешь большое зло, — ответила она не сразу. — Когда ко мне пришел прекрасный юноша и забрал мою невинность, я уже тогда увидела в его глазах, что сделал он это лишь для забавы. Он исчез на следующее утро. А я не знала, что и думать. Пока, вдруг, мне не появилось видение. Жуткое и ужасное. Там был ты. В образе своего отца. И вместе с Черным Генералом вы сжигали мир…

Она захрипела и схватилась за грудь. За грудь изнутри которой торчала рука Элиола, сжавшего её сердце.

— Ты спросила, почему я говорю мать, а не матушка, — заплыл алый глаз Элиола. — Потому что у меня была матушка. Её звали Элите. Она меня вскормила. Выходила. Всегда была рядом. Любила меня. Любила, даже зная правду. Она не выбросила меня на улицу, а потом тешила свое самолюбие тем, что делилась со мной мудростью. Что мне твоя мудрость, мать⁈ Все мертвы… все… из-за тебя. Из-за твоей трусости. И слабости.

Он сдавил сердце еще сильнее.

— Я была… просто глупой… девочкой… — захрипела жрица. — я не знала… что мне… делать… я…

— Где мне найти Древо Жизни⁈ — рявкнул Элиол, перебивая причитания.

Глаза жрицы вспыхнули.

— Я… не скажу…

— Не скажешь, значит, — Элиол сжал сердце сильнее.