Похлопывает Элора по плечу:

— Поздравляю.

За ним подходит Арендар. Нашим детишкам он тоже рад, но, жаль, уже опытный родитель, руки к лицам не суёт, чтобы не цапнули.

— Очень рад за вас, — Арендар умолкает. В его эмоциях, пропускаемых щитом правителей, помимо умиления сквозит некоторое смущение. — Элор, ты, конечно, долго ждал, зато сразу двое. Будет кого пощекотать.

Улыбнувшись, Арендар шагает в сторону, уступая место Линарэну. Но тот, не обращая на нас внимания, что-то изучает в демонской пластинке.

— Кхм! — намекающе-громко кашляет император Карит.

Это не срабатывает. Зато пущенный Арендаром камешек, попавший в спящего на поясе Линарэна паука, заставляет отвлечься.

— А? — растерянно выдаёт Линарэн, оглядывает на остальных. Задумавшись на миг, он подступает ближе. Натягивает гогглы на глаза. — Эм…

У него единственного щит правителей не настроен на пропуск всех эмоций. Похоже, остальные подготовилась к встрече с семейной менталисткой, чтобы не обижать меня недоверием, а Линарэну все эти расшаркивания традиционно безразличны.

Но самые яркие эмоции сейчас у Ринарра и Эйррана: гогглы их очень и очень поражают блеском и необычностью: все эти заклёпочки и отражающие свет восходящего солнца линзы.

Мои и Элора волосы тут же теряют всякую привлекательность, ручонки тянутся к необычному предмету.

И Хорнорд из-за ближайших кустов выглядывает, но его дети пока не видят. К счастью.

— Хочу их на исследование забрать, — Линарэн протягивает руки.

Мы с Элором отскакиваем одновременно. Под недовольный писк сыновей и размахивание ручек: гогглы теперь точно не достать.

— Хотя бы одного, — просит Линарэн, следуя за нами. — Хотя второй как контрольный образец тоже интересен.

Вот тут мы с Элором выпускаем крылья и скалимся, прикрываем наших детей руками. Перед нами поднимается щит.

— Тихо-тихо! — император Карит встаёт между нами и Линарэном, пауки которого вылезают из одежды и сползают на землю.

Правда, в землю же и проваливаются, захваченные ожившим под действием Элора газоном. Везёт им — я бы раздробила этих тварей в труху.

Ранжер обхватывает Линарэна за плечи и разворачивает от нас, нервно, но твёрдо сообщает:

— Понимаешь, детей нельзя исследовать.

— Но они…

— Нельзя. Просто нельзя. Поверь.

— А потом? — искренне недоумевает Линарэн.

Исследователь нашёлся! Детей ему моих подавай. Лапы оторву! Крылья и хвост, пусть только попробует!

До пауков под землёй я телекинезом добираюсь и давлю, как насекомых, только магические кристаллы похрустывают. Линарэн оглядывается на место, в котором гибнут его анализаторы. А Ранжер продолжает увещевать:

— Вот потом и поговорим. Но сейчас нельзя. Совсем. Даже чуть-чуть нельзя.

Я крепче прижимаю Эйррана к себе, Элор обнимает Ринарра.