— Тебя как зовут?

— Августина, — проговорила девочка, растерянно разглядывая нарядный кружевной платочек и явно не решаясь приложить его к перепачканному лицу.

— Августина… как длинно! — снова скривилась старшая. Выдернув из рук гостьи платок, сама вытерла ей лицо и вернула грязный сестре.

— Можно — Ася, — понемногу успокаиваясь, добавила девочка.

— Меня — Анна. Можно Анхен. А ее — Эмили. У нас мама немка, а папа русский. А у тебя?

— Что… у меня? — заморгала Ася.

— Ну, у тебя мама русская?

— Мама? Не знаю…

— У тебя вообще хоть мама-то есть?

Ася молча пожала плечами.

— Не знаешь? — в унисон спросили белесые девочки, одинаково расширив глаза. — С кем же ты жила?

— С сестрами, — улыбнулась девочка. Улыбка неожиданно преобразила ее смуглое личико, обозначив на щеках привлекательные ямки.

— У тебя есть сестры? А где они?

— В монастыре.

— Ты… жила в монастыре?

Глаза девочек совершенно распахнулись, и обе шляпки, склонившись над гостьей, образовали соломенный навес.

— Да. Я жила с сестрой Степанидой в келье, но иной раз меня забирали к себе сестры Аксинья и Феоктиста. Они добрые."

"— Вот это да! — выдохнули девочки, разглядывая новую знакомую с неподдельным интересом. — И что ты делала там… в монастыре?

— Гусей пасла с сестрой Агафьей, курочек кормила. А то вышивать училась. У нас сестра Аксинья лики вышивает.

— Что?

— Лики святые. И лен хаживала молотить. Коробочку разотрешь, в ней семечки. Вкусные…

— Лен молотить! — передразнила Анна, впрочем, не так уверенно, как прежде. — Ты же маленькая!

— А сестры меня всюду с собой брали. И по грибы, и по ягоды.

— Вот жизнь!

Сестры вцепились в обе руки новой подружки. Было ясно, что каждая хочет заполучить Августину себе. Еще бы! Она была столь не похожа на них самих, что не могла не вызвать интереса.

— Идем, мы тебе что-то покажем.

Сестры потащили Асю за собой. Обогнули большой дом и оказались в саду.

В сад выходило черное крыльцо, дорожка от него вела к деревянной уборной. Вдоль забора росли кусты смородины. Сам сад состоял из трех деревьев — черемухи, рябины и одинокой яблони.

Девочки подвели Асю к забору, соединяющему сад с соседним участком.

Эмили вынула из доски сучок.

— Смотри!

Ася приложила глаз к образовавшейся дырке. За забором был точно такой же садик, и в нем играли несколько детей.

— Это наши враги! — зловеще прошипела Анхен за спиной у Аси.

— Но иногда мы с ними играем, — грустно вздохнула Эмили. — Когда не воюем.

— А как вы… воюете?

— Мы им камни бросаем в огород и еще обзываемся! — хвасталась Анна. — Наш папа главнее ихнего. Они нам ничего не сделают.

— А кто ваш папа?

— Начальник полиции. Он самый главный в городе и еще в уезде. Уездный исправник. Поняла?

Ася кивнула. Она впервые слышала слова «уезд» и «полиция».