Так как по специфике профессиональной деятельности мужики все были непьющие, инициативы и энергии имели в избытке. Не слушая отговорок Степана, они дружно и с удовольствием взялись и за один световой день выстроили веранду и тут же обкатали новое строение шашлыком и застольем.

Разумеется, приезжали в гости родные и друзья, часто и с удовольствием, но не злоупотребляли.

Каким-то образом, не прямым текстом, но весьма доходчиво, Больших дал понять: моя пещера, моя крепость, мой дом, моя территория — это не личная семейная дача для отдыха, проведения всего лета на природе и веселых выездов за город.

Я здесь живу!

А вот женщин к себе в дом он почему-то не приводил, за редким, единичным исключением.

С женским вопросом у Степана Больших всегда получалось легко и непринужденно, кроме бывшей жены, разумеется, но это, как говорится, совсем из другой житейской оперы.

Как Бендер, «в разговоре с дамами он предпочитал вдохновение», которым, спасибо Создателю, он Степана не обидел.

Знакомился шутя, в основном случайно, не прикладывая усилий к поиску.

Понравилась барышня — предпринимал шаги, но без напора, сразу считывая перспективу развития событий. Если дама демонстрировала жесткое и бескомпромиссное «нет», отваливал и забывал тут же, но, надо честно сказать, такого практически никогда не случалось. Как правило, зеленым проблесковым огнем горело: «Все может быть…»

Нормально, как у всех мужиков.

Впрочем, случались истории, иногда анекдотические, когда молодые барышни принимали его за обеспеченного бизнесмена — это его необычайно смешило, к себе Степан относился с большой долей самоиронии, и понять, что такого указывающего на наличие больших денег узрела в нем девица, ему было трудно.

Но копытцем землю роем, щеки алеют, головка вскинута — охота началась!

С такими Больших дело не имел — неинтересно, и на предложение, высказанное почему-то всегда подчеркнуто томными голосами, с многозначительным растягиванием слов «Поехали к тебе!» по-рабоче-крестьянски рубил правду-матку: «Да ко мне далеко.

Я из Подмосковья».

После чего интерес к его особе, как и сама дамочка, линял сразу.

Степан старался со слишком уж молодыми дела не иметь — ну их, скучно все это — идут себе пусть к своим мальчонкам или богатым «папикам».

Интересующие его женщины были постарше клубных девочек-студенточек и не в пример интересней, и как-то само собой получалось, что свидания проходили на их территории, по большей части в Москве.