Он повернулся ко мне и заглянул в глаза.

— Ты, что, злишься?

— Вот потому ты и профайлер, что можешь определять подобные вещи.

Он украдкой огляделся, но мы сидели за перегородкой, через проход никого не было, и мне было практически плевать на тех, кто сидит позади нас.

— Мы можем поговорить разумно? — тихо спросил Уэсли.

— Трудно быть разумной, Бентон, если ты всегда говоришь постфактум.

— Не совсем понимаю, что ты имеешь в виду. Думаю, что потерялась какая-то связующая фраза.

Я не преминула восполнить этот пробел.

— Все, кроме меня, знали о том, что ты разъехался с женой.

Люси рассказала мне, потому что услышала об этом от других агентов. Мне бы хотелось хоть раз в жизни принимать участие в наших отношениях.

— Господи, было бы с чего так расстраиваться.

— Полагаешь, не с чего?

— Я не сказал тебе, потому что не хотел, чтоб ты влияла на меня, — проворчал он.

Мы разговаривали тихими голосами, чуть наклонившись вперед, и наши плечи соприкасались. Несмотря на мрачные обстоятельства, я остро ощущала каждое его движение, каждое прикосновение ко мне. Я улавливала запах шерстяного пиджака и его любимого одеколона.

— Любое решение относительно моего брака не может тебя касаться, — продолжил он, когда принесли наши напитки. — Думаю, ты это понимаешь.

Мой организм оказался непривычным к виски в такой час, и результат не заставил себя ждать. Я сразу же как-то расслабилась, а во время взлета, пока самолет, отклонившись назад и сотрясаясь, с ревом взмывал в воздух, закрыла глаза. С этой минуты мир внизу стал не более чем расплывчатым пейзажем, даже если в иллюминатор и можно было что-то рассмотреть. Шум двигателей был таким громким, что, ведя наш непринужденный разговор, мы вынуждены были продолжать сидеть очень близко друг к другу.

— Я знаю, какие чувства испытываю к тебе, — говорил Уэсли. — Знаю уже давно.

— Ты не имеешь права, — сказала я. — Никогда не имел права.

— А как насчет тебя? Ты имела право поступить так, как поступила, Кей? Или это касается только меня одного?

— По крайней мере, я не замужем и ни с кем не встречаюсь. Но нет, я все равно не должна была так поступать.

Он все еще пил пиво, и ни меня, ни его не интересовали канапе и икра, которые, как я подозревала, были первым заходом в длинной гастрономической игре.

Мы какое-то время помолчали, листая глянцевые и профессиональные журналы, как делали почти все в нашем салоне. Я заметила, что пассажиры «Конкорда» почти не разговаривают друг с другом, и решила, что быть богатым, знаменитым и родовитым, должно быть, довольно скучно."

"— Стало быть, как я понимаю, мы решили этот вопрос, — снова начал Уэсли, наклоняясь ближе, чтобы взять спаржу.

— Какой вопрос? — Я отложила вилку, потому что я левша, а он мне мешал.

— Ты прекрасно меня понимаешь.