— Хорошо. И как это понимать?

— Понимать нужно так, что материал у вас доброкачественный. — Он посмотрел на меня.

— То есть тот, что используют в ядерных реакторах? — уточнила я.

— Совершенно верно. Тот самый, который требуется для производства топливных таблеток или стержней реактора. Но, как вам, наверное, известно, только 0,3 процента урана — это уран-235. Остальное — обедненный.

— Да, все остальное — уран-238.

— Вот его вы и принесли.

— Если образец не испускает высокоэнергетические гамма-лучи, то как вы можете определить это по данному энергетическому спектру?

— Благодаря кристаллу германия, который обнаруживает именно уран-235.

В данном случае его низкое процентное содержание указывает на то, что мы почти наверняка имеем дело с обедненным ураном.

— И он не может быть отработанным топливом из реактора, — заключила я.

— Нет, не может, — подтвердил Мэтьюз. — В представленном вами образце нет ядерного топлива. Нет стронция, цезия, йода, бария. Их вы увидели бы на сканирующем электронном микроскопе.

— Да, таких изотопов не обнаружилось, — согласилась я. — Только уран и другие элементы, естественным образом присутствующие в почве.

В том, что они попали на подошву чьей-то обуви, нет ничего необычного.

Я еще раз взглянула на пики и впадины, которые вполне могли сойти за кардиограмму насмерть перепуганного человека. Мэтьюз делал какие-то пометки на листке.

— Вам сделать распечатку? — спросил он.

— Да, пожалуйста. А где используется обедненный уран?

— Вообще-то он ни на что не годен. — Доктор пробежал пальцами по клавиатуре.

— Если он не поступил с атомной станции, то откуда тогда?

— Скорее всего, с какого-то предприятия, занимающегося разделением изотопов.

"

"— Такого, например, как Окридж в Теннесси? — предположила я.

— Не совсем. Они там больше этого не делают. Но, конечно, занимались этим на протяжении нескольких десятков лет. И у них наверняка есть склады металлического урана. Подобные предприятия есть также в Портсмуте, Огайо, и Падьюке, Кентукки.

— Послушайте, доктор. Ситуация такова: кто-то принес частички обедненного металлического урана в машину на подошвах обуви. Можете дать этому логическое объяснение? Как и почему?

— Нет, — бесстрастно ответил он.

 — Полагаю, что не могу.

Я подумала о сферических и многогранных частицах, которые обнаружила под электронным сканирующим микроскопом, и предприняла еще одну попытку.

— Зачем кому-то может понадобиться расплавить уран-235? И зачем обрабатывать его машинным способом?

И снова у доктора никакого объяснения не нашлось.

— Но ведь для чего-то же его используют?

— В принципе, в крупной промышленности металлический уран не используется.