— Кто ж его знает, — пожал я плечами. — Даже не знаю, у кого можно об этом спросить. Разве что у Виктора Сергеевича для начала. Мне кажется он вообще на любой вопрос сможет найти ответ. Хотя, если честно, меня устраивает какой он сейчас. Зато сможет контролировать ситуацию в госпитале и никакая охранная сигнализация не нужна, я даже сторожа не нанимал.

— Это всё понятно, — сказала Настя. — Всё равно, жалко его как-то.

— Есть такое, — согласился я. — Попробую что-нибудь нарыть на эту тему. Ты как, ещё не замёрзла?

— А ты хочешь пригласить меня вон в то кафе на другом берегу? — улыбнулась она.

— А почему бы и да? — ответил я вопросом на вопрос. — Как раз ещё немного пройдёмся и по мосту, что впереди, на ту сторону.

— Умеешь ты девушек уговаривать, — засмеялась Настя.

Утром я только сел за стол, готовясь к завтраку, как у меня в кармане зазвонил телефон, номер неизвестный.

— Я вас слушаю, — сказал я, ответив на вызов. Неужели и тут рекламные звонки существуют?

— Доброе утро, Саш, — приветствовал меня Обухов. — Если можно считать это утро добрым, конечно."

"— Что случилось, Степан Митрофанович? — насторожился я и положил вилку обратно на стол.

Сердце поневоле ускорило свой ритм.

— Не хочу все подробности по телефону, — ответил Обухов. — Лучше заедь ко мне перед работой. Секретарь проведёт тебя сразу в кабинет, не смотря на то, чем я в этот момент буду заниматься.

— Вас понял, до скорой встречи, — ответил я и положил трубку.

Судя по всему, он звонил в этот раз со своего личного телефона. Сохраню номер на всякий случай, но без особой надобности звонить по нему не буду.

— Что-то не так? — спросила мама встревоженным голосом.

— Обухов зачем-то срочно хочет меня видеть, — ответил я и в ускоренном темпе стал поглощать содержимое тарелки.

— Просил заехать прямо сейчас, до работы.

— Не нравится мне это, — прокомментировал отец, сдвинув брови. — Видимо что-то очень серьёзное или просто срочное. Ты отзвонись после встречи, Саш, а то у меня уже нервы шалить начинают.

— Обязательно, пап, — сказал я, вставая из-за стола. — Ну всё, я побежал. Кать, ты тогда сегодня с родителями до института доедешь.

— Не вопрос, — кивнула сестрёнка. — Беги давай.

К кабинету Обухова я подошёл почти в половину восьмого, нарушив по пути больше правил дорожного движения, чем их существует.

Да, да, сам себя осуждаю, просто с нервами не справился, больше так не буду. Дмитрий Евгеньевич, секретарь Степана Митрофановича, открыл для меня дверь в кабинет мэтра, как только я нарисовался на пороге.

— Здравствуй, Саш! — сказал Обухов, увидев меня.

За столом для совещаний сидел Гааз и ещё несколько лекарей, которых я уже видел, но не знал по имени. По-моему, именно они восседали на коллегии в серебристых мантиях.