Талила проглотила возражения, которые были готовы сорваться с языка. Смягчившись, Мамору накрыл теплой ладонью ее ледяные пальцы.

— У нас нет ресурсов для затяжной войны. Мы ее проиграем. У нас почти нет союзников: только те, кто наблюдает со стороны. Но у нас есть преимущества: мои знания о структуре войска, о том, как будет устроена оборона столицы, кто принимает решения и какие... И твоя сила, Талила.

В горле вновь пересохло, и она смогла лишь кивнуть.

Сила, которую она, кажется, разучилась контролировать.

— Я... я тренируюсь, — сказала она, надеясь, что голос прозвучал достаточно уверенно.

— Я знаю, — Мамору согласно прикрыл глаза, и больше они об этом не говорили.

Он безоговорочно ей поверил. И вновь горькая, горячая волна разлилась у Талилы по груди. Она оскорбилась, когда ей показалось, что муж усомнился в ее верности, но ведь на самом деле она его обманывала. Она не рассказала о ребенке, которого носила под сердце. И о том, что не могла контролировать свою магию.

Резкая догадка осенила ее, заставив пошатнуться.

Что, если это связано? Всплески магии и зарождение новой жизни?..

Она опомнилась в последнюю секунду и остановила собственные руки, которые инстинктивно потянулись к животу.

— Что с тобой?.. — Мамору, заметив ее нервное движение, посмотрел на нее с легким беспокойством.

— Ничего, — соврала Талила, почувствовав, как на шее пониже затылка выступила мерзкая испарина.

Он не стал больше ничего спрашивать. Но настороженность из его взгляда не исчезла.

— Когда мы выдвинемся? — она поспешила отвлечь его вопросом.

— Как можно скорее. Но сперва дадим советнику Горо немного времени, чтобы отправил весточку в Императорский дворец.

— Ты так в этом уверен, — осторожно произнесла Талила, — что после всего случившегося в войске найдутся еще предатели?

Хмурая усмешка появилась на губах Мамору, и он сказал.

— Мы окружены теми, кто нам лжет.

***

Талила провела тыльной стороной ладони по губам и воровато огляделась. Кажется, никто не заметил. Вечерами, после целого дня тряски верхом ее тошнило особенно сильно. Сегодня ей пришлось даже покинуть совет, который проводил Мамору, потому что не удалось удержать в себе скудный ужин. Она ведь ела только пресный рис и сухие лепешки, к мясу не притронулась, но...

Она поспешно направилась прочь от места, где стояла, и постыдно вздрогнула, когда ей наперерез из тени вышла темная фигура. Талила едва не выхватила из ножен катану, но раньше успела понять, что к ней направлялся полководец Осака!

Облегчения ей это не принесло.

— Вы носите дитя, госпожа, — сказал он хмуро, скрестив руки на груди.

— Как давно ты следишь за мной? — спросила она хриплым голосом.

— Достаточно давно, чтобы догадаться.