Клацнул затвор. Что поделать, тихо уже не получится.

Майор стал метаться, изображая в пространстве какую-то сложную петлю. Грохнул выстрел – мимо! Снова передернули затвор. Обманное движение, словно собрался вернуться в подворотню, а сам повалился на спину, дотянулся наконец до кобуры. Вторая пуля унеслась в черноту, и он тоже стал стрелять, фактически не видя куда.

Носились тени, звучала сдавленная ругань. Майор выпустил в божий свет четыре пули, подскочил и побежал в противоположную от арки сторону. Хоть в этом поступил правильно – противник был уверен, что он побежит в подворотню.

Выстрел прогремел в спину, затем еще один. Напрасно он обернулся, заплелись ноги, он уже падал, но оттолкнулся ладонью от стены здания, припустил дальше.

За ним гнались трое, ведя огонь. Значит, все целы. На улице никого, ночь глухая, свет в домах давно погас. Где же настоящий патруль?!

Лавров запнулся о какую-то решетку – не видно ни черта! Обернулся, дважды нажал на спуск и в следующий миг увидел крыльцо подъезда, выходящего на улицу, приоткрытую дверь, прыжком взлетел по ступенькам. Пуля жахнула над головой, мелкие щепки брызнули в лицо, одна попала в глаз – острая боль зажглась под черепной костью.

Не до боли, он распахнул дверь, влетел в неосвещенный тамбур. Добро пожаловать в западню, товарищ майор? Нет уж, спасибо. Он кинулся обратно к двери, высунул наружу ствол. Трое уже подбегали. Алексей нажимал на спуск, ориентируясь по звукам, выпустил все оставшиеся патроны. И, ей-богу, попал!

Преступник глухо охнул, падая на мостовую. Контрразведчик попятился в тамбур, распахнул вторую дверь – скрипучую, тяжелую, ворвался в подъезд. Двумя прыжками взлетел на площадку первого этажа, стал менять обойму.

Неприятность с сообщником пыл не охладила, хотя и вызвала задержку."

"Бандиты лезли напролом, и Алексей уже догадывался, что сейчас произойдет. Он бросился на лестницу – в этот момент лжепатрульные и распахнули подъездную дверь. Град свинца обрушился на площадку первого этажа! От грохота заложило уши, в голове запульсировала острая боль, да еще эта щепка в глазу…

Он собрал остатки самообладания, быстро поднялся по лестнице. Площадку между этажами освещали блики далекого фонаря. Нишу с правой стороны он чуть не проскочил, хорошо, что успел заметить, вернулся.

Это был проем полметра глубиной – очевидно, в стародавние времена дворник здесь держал свои орудия труда. Как он втиснулся в эту впадину – сам не понимал. Вдавился спиной в стену, застыл. Стрельба прекратилась.

Жильцы потрясенно молчали – дураков поднимать шум, понятное дело, не было. Убийцы спешили – минута-другая, и прибежит настоящий патруль, тогда придется туго. Они перебегали по одному, страховали друг друга, ступили на лестницу между этажами.