– Вряд ли бывший спортсмен, отсидевший за изнасилование, занимался после освобождения бизнесом. Если только так можно назвать сбыт металлолома, найденного на свалке!

– Тихо, Елена Денисовна, поспокойнее, пожалуйста, – не повышая голоса, попросил следователь. – Я понимаю, что вам непривычно давать показания и непривычно, что фигурантом дела является ваш близкий друг, но меня тоже поймите – я расследую серию нападений на бизнесменов, в которой главный подозреваемый – оперативник. Я ненавижу, когда фигурантами являются сотрудники органов – не важно, из какого ведомства. Но начальству мои предпочтения, как вы догадываетесь, совершенно безразличны. Вы ведь тоже не выбираете, по каким делам работать?

– Извините, – пробормотала Лена. – Я просто не понимаю, почему дело Андрея хотят передать в вашу структуру, неужели недостаточно было расследования отделом собственной безопасности?

– Я не могу разглашать вам всего. Но дело не только в Паровозникове, – загадочно сказал Горский. – Так, вернемся к вашим потерпевшим.

Лена с трудом сосредоточилась на задаваемых ей вопросах – ей очень мешала вот эта фраза «дело не только в Паровозникове», произнесенная следователем.

«Вот, я тоже так думаю – что не в Андрее тут дело, а в ком-то другом. Но ФСБ… что же могло их заинтересовать в этом деле?»

– Спасибо, Елена Денисовна, что уделили мне время. – Горский закрыл папку и положил на нее руки. – Можно теперь вопрос не по делу?

– Пожалуйста.

– Как вы относитесь к общению с коллегами во внеслужебное время?

– Не поняла…

Горский потер переносицу и улыбнулся:"

"– Я совершенно разучился назначать свидания.

Крошина растерялась и не знала, что ответить, как реагировать. Она ожидала чего угодно, кроме вот этого – неуклюжей попытки следователя пригласить ее на свидание.

– Так как? Можем мы встретиться как-нибудь после работы?

– У вас есть мой телефон, звоните, – пробормотала она, вставая.

– Спасибо. Я провожу вас.

– Не заблужусь. – И, попрощавшись, Лена буквально выскочила из кабинета.

«Вот это да… сходила на допрос… А он ничего, интересный… Господи, Крошина, о чем ты думаешь вообще? Следователь из ФСБ! Какие свидания…»

На улице было тепло – или это просто Лене так показалось, потому что лицо ее горело, она это чувствовала. Расстегнув плащ и сняв с шеи платок, она немного постояла под большим деревом в сквере, через который собиралась идти на остановку, потому что отпустила машину Шмелева, подышала глубоко, чтобы немного успокоиться, и вышла на заложенную плиткой дорожку.

Теплая погода способствовала прогулкам, потому в сквере было многолюдно – и мамы с колясками, и студенты из расположенного неподалеку института, и несколько старичков с шахматами.