Она родилась такая маленькая, крошечная…

Она улыбается, вспоминая момент рождения нашей дочери, а меня снова злость берет: ведь Кира, не спросив моего мнения и не поставив меня в известность, лишила меня всего, связанного с дочерью: ее первая улыбка, первый зубик, первый шаг, первые слова…И, черт меня подери, неожиданно, вот стоя на этом самом месте, я понимаю, что мне все это нужно, млять!!!

– А теперь…я не знаю, что с ней будет…– закачивает она шепотом и с обреченностью в голосе.

– Все хорошо будет. Я договорился насчет операции.

Кира поднимает на меня изумленный взгляд и смотрит во все глаза, как будто видит впервые.

– Ты же…

– Я что, похож на урода, который будет играть детскими жизнями?! – раздражаюсь, не веря, что она действительно подумала, что я способен на такое.

Кира вновь шатается, и я прижимаю ее вплотную к своему телу. Так дело не пойдет.

– Спасибо, Стас, спасибо…Сама я бы не справилась, – бормочет, слабо пытаясь выпутаться из моих объятий. – Извини, мне надо идти…

– Куда?

– К Яне, она там совсем одна…

– Там с ней врачи, – отрезаю и тяну Киру за собой к машине. – И она в коме. Сегодня ее будут готовить к операции.

Тебя все равно к ней не пустят.

– Как к операции? – она тормозит и пытается вырваться, чем меня начинает раздражать.

– Да, завтра утром Яне сделают операцию…

Но Кира не дослушивает и перебивает, взволнованно восклицая:

– Тогда я тем более должна быть рядом! Моя девочка…

– Наша, Кира, наша девочка, – поправляю жестко и припечатываю: – И нет, сейчас ты будешь только мешать работе врачей. Мы вернемся сюда завтра, к началу операции. А сейчас мы поедем в другое место."

"Я тяну Киру за собой и сажаю в машину. На удивление, она перестала сопротивляться.

Но и выглядит, мягко говоря, ужасно: под глазами круги, на лицо все признаки хронического недосыпа и усталости, вялая и апатичная. Да, в этой девушке сложно узнать соблазнительную гейшу из «Бархата».

– Куда мы едем? – равнодушным голосом спрашивает Кира, глядя в окно.

– На обед.

– Что? – она резко разворачивается в мою сторону, как будто я только что сказал несусветную чушь.

– Мы едем в ресторан на бизнес-ланч, – повторяю, словно ребенку объясняю. – А то на тебя смотреть больно. Уже падаешь без сил.

А дочери нужна здоровая и спокойная мама.

Кира еще какое-то время хлопает глазами и потом все же глухо произносит:

– Я в порядке. Просто усталость в последние дни накопилась. Переживаю за Яну.

Ничего не отвечаю, потому что мы уже подъехали к ресторану, где для меня всегда забронирован столик в ВИП-зоне.

Мы садимся, и я из-за меню наблюдаю за Кирой. Она отсутствующим взглядом смотрит в меню и даже не листает его. Скриплю зубами и подзываю официанта. Делаю заказ за нас двоих, а Кира даже не подает никаких эмоций.