– Она добродушно улыбнулась мне, видимо стремясь создать впечатление, будто мы друзья. – Кроме того, страж Хэзевей – одна из самых лучших. Я всегда с интересом выслушиваю ее мнение.

Правда? Ну что же, сейчас проверим. Я заговорила, обращаясь к Совету:

– То решение, которое вы только что приняли, абсолютно безумно. Считаю подвигом со своей стороны, что воздерживаюсь от бранных слов, хотя убеждена – сейчас они были бы более чем уместны. Кто теперь осмелится сказать, что я незнакома с протоколом Совета? Как можете вы, сидящие здесь, думать, будто это нормально и даже хорошо – посылать шестнадцатилетних ребят рисковать своей жизнью?

– Разница всего в два года, – возразил принц Тарус.

 – Мы же не десятилетних детей посылаем.

– Два года – это много. – На мгновение я вспомнила свои шестнадцать лет. Что произошло за эти два года? Я сбежала с Лиссой, видела, как умирают друзья, странствовала по миру, влюбилась… – За два года можно прожить целую жизнь. И если вы хотите, чтобы мы и дальше сражались – что мы по доброй воле делаем после окончания школы, – вы не должны отнимать у нас эти два года.

Я взглянула на слушателей – их реакция казалась неоднозначной. Некоторые, очевидно, соглашались со мной. Другие сидели с таким видом, словно ничто в мире не заставит их изменить свое мнение. Третьи старались не встречаться со мной взглядом… Как расшевелить этих последних? Они что, просто такие нерешительные? Или стыдятся собственного эгоизма? Возможно, именно они могут изменить соотношение сил в нашу пользу.

– Поверь, я был бы счастлив, если бы ваши люди в полной мере могли насладиться годами юности, – заговорил Натан Ивашков.

 – Однако в данный момент такой возможности нет ни у кого. Стригои наступают. Мы каждый день несем новые потери среди мороев и стражей. Увеличение числа бойцов остановит это. Фактически мы просто даем молодым стражам возможность немедленно применить в деле полученные навыки, не откладывая на два года. Наш план будет способствовать защите обеих рас.

– Нет, он ускорит гибель моей расы! – возразила я. Почувствовав, что начинаю терять контроль над собой и могу перейти на крик, я сделала глубокий вдох, прежде чем продолжить. – Они не будут готовы к борьбе.

Они не пройдут весь курс обучения, который требуется для этого.

И тут Татьяна выдвинула свой главный аргумент.

– Однако, по твоему же собственному признанию, ты определенно была готова к борьбе в столь юном возрасте. Ты убила больше стригоев еще до того, как тебе исполнилось восемнадцать, чем некоторые стражи убивают за всю свою жизнь.

Я вперила в нее взгляд, прищурилась и холодно ответила:

– У меня был превосходный инструктор, тот самый, которого вы теперь держите под замком.