Пленник лихорадочно закивал: будем, конечно, будем.

– То есть на тот свет не сразу… – пробормотал отчасти понимающий язык Канторович. И смутился, перехватив обжигающий взгляд командира.

– Имя, фамилия, должность?

– Сандор Ковакс… – слова исторгались с хрипом, – фельдфебель-радист, старший радиотехник… Прервалась телефонная связь с 95-м батальоном, больше никого из связистов не было, послали меня с двумя солдатами, проверить линию… Я служу во взводе радиотехнической службы 214-го батальона…

– Где дислоцирован батальон? Кто соседи слева и справа? Какие планы у вашего командования? Где немцы? Что означает скопление войск именно в этом районе? Есть приказ выдвигаться на Ярцево?

– Я все расскажу, ничего не скрою… – облизывая губы, бубнил фельдфебель. – Но вы должны пообещать, что сохраните мне жизнь…

– Должны, говоришь? – Глеб задумчиво почесал переносицу. – Ну, раз должны, тогда выбора у нас нет… Давай-ка без условий.

Пленник затараторил, как разогнавшаяся пластинка. Он путал венгерские слова с немецкими, но в целом речь была связная.

Немецкие и венгерские части переправились на левый берег Днепра в незначительном количестве, пользуясь понтонной переправой в Осинниках. Это шесть километров южнее Ярцево. Большое количество войск перейти реку не успело – налетел истребительный отряд каких-то «бродячих» красноармейцев, охрану перебили, под понтоны заложили взрывчатку и подорвали. Прибывшее ремонтное подразделение попало в западню и тоже погибло.

Бой продолжался несколько часов, красноармейцы отошли. Но восстановить переправу немцы не смогли – не нашли понтонов. Починить старые было невозможно – несколько раз пытались, но попадали под обстрел.

От переправы в районе Осинников решили отказаться – дальнейшее решение зрело в штабах. На левом берегу Днепра, между Осинниками и Ярцево, находились четыре немецких пехотных батальона и два венгерских. Стояли в селах Пряничное и Луговое, а также в нескольких окрестных деревнях. Имелись артиллерийские дивизионы – разобщенные и плохо подготовленные к бою. Танков практически не было. В ближайшие два-три дня никакого наступления на Ярцево не предвиделось. Во всяком случае – с юга. Ходили слухи, что скоро в район подойдет крупная танковая часть – не меньше тридцати машин, но это были только слухи. Откуда она могла подойти? С севера – из района Духовщины? С юга – со стороны захваченного немцами Починка?

Фельдфебель Ковакс подобными сведениями не располагал. И Шубин охотно ему верил. Не того полета птица. Но хоть что-то знает связист – в отличие от абсолютно не осведомленных солдат. Значит, часть войск с южного направления можно снимать, усилить северное и западное направления…

Венгр выдохся. Он больше ничего не знал.