Потому что я, как никто, заинтересована в твоей жизни. Главное – не горячись. Понятно же, что судья заманивает тебя в ловушку. А ты поживи у отца Киприано. Здесь ты в безопасности. Остынь. Обдумай как следует ситуацию. Два дня ничего не решат. А за это время мы сообразим, как перехитрить судью.

– После твоих слов я начал сомневаться даже в том, что мои послания дойдут до Его Величества. И вообще, получал ли он их? – задумчиво произнес бургомистр.

– М-да… ну и дела, – потер затылок Бад.

Действительно, ситуация представлялась патовой. Мы с бургомистром разворошили осиное гнездо и, несмотря на правду и свое положение, вынуждены искать приют и защиту у храмовников в глуши.

– Предлагаю сходить на молитву, поесть и попросить совета у отче Киприано.

– Как поможет храмовник? – ехидно спросил бургомистр.

– Ты же мне помог? Разложил мое положение по полочкам, показал, что не стоит все мешать в одну кучу. А отче Киприано, он по-другому мыслит и видит наши проблемы. Он умудрен жизнью. Если кто и поможет, то только он, – уверенно произнесла я, поднимаясь с лавки и приглашая следовать моему примеру.

Усталость навалилась каменной стеной.

Эмоциональные качели забрали остатки сил. Рано я радовалась, что мой вопрос разрешился, ой, рано. Проблем прибавилось. Если до этого момента я билась за свое наследство, то сейчас вынуждена помочь бургомистру.

Он достойный, честный, хороший мужик, правильно воспитан и понимает разницу между хорошо и плохо. К тому же с обширными связями при дворе. Допустим, убьют его. Пришлют другого, а где гарантия, что новый не поддержит сторону судьи? Не будет куплен с потрохами?

Меня убить – достаточно легко. Уж я как никто знаю, насколько хрупко человеческое тело.

И все мои навыки не помогут против десятерых или удара по голове."

"Прятаться пожизненно у храмовников? Да сожгут всех нас, и дело с концом. Нет, я не нагнетаю ситуацию. Просто смотрю правде в глаза.

Жить до конца дней и прятаться по углам – это не жизнь. Не моя, во всяком случае.

Выход может быть только один – помочь бургомистру навести порядок в Вайсе.

Перед вечерней молитвой до нас дошли бывшие пленники. Еле ноги волочат, поддерживают друг друга, до сих пор не веря в свое счастье. Но больше всего меня растрогало, что, вместо того чтобы идти есть, как предлагали сопровождающие, все рванули в храм.

И отстояли всю молитву полностью, многие плакали, ничуть не стесняясь слез. Затем подошли на поклонение к плату и за благословением к храмовникам.

На ужине каждый рассказывал свою историю. Всех поголовно хватали на дороге, оглушали и тащили на рудник. Там запугивали и заставляли работать на пределе сил. Кормили кашей из гнилого зерна и водой. Наказывали за любую провинность и практически полностью лишили воли.