"Пролог первой части книги

Ушер ухмыляясь наблюдал как старший возничий каравана безрезультатно пытался заставить двух мальчуганов, примкнувших вместе со старым наёмником к каравану в столице герцогства, вымыть его лошадь, запряжeнную в повозку, к которой они были официально прикреплены. Ездовое животное тоже с интересом наблюдало как разворачивается не шуточная словестная баталия между пацанами в обносках и дородным молодым парнем, дальним родственником хозяина каравана. Ушер удивлялся изворотливости пацанов, и не только их вёртким движениям, не дававшим схватить себя за шиворот разошедшемуся не на шутку возничему, но и то, как один из них колко подмечал все недостатки их обидчика и озвучивал вслух.

А ведь и правда обидчика. Как раз свою тягловую силу они обиходили как полагается, с умением и сноровкой. Вот только этому маленькому начальнику показалось этого мало, и теперь он пытался заставить обиходить и коня своего дружка, щуплого долговязого парня с вечно глумливой улыбочкой на губах и блеском хитрых маленьких глазок. Что интересно, этот Свищ хоть и выглядел в глазах нормальных мужиков жутким уродцем, но вот женщины как раз имели своё отличное мнение по этому поводу. И вниманием, тощий погонщик, точно обделён не был. Но каким же он был ленивым, а коль ленивым, то и изобретательным.

Парнишки были не единственными детьми в караване. Много семей переселенцев примкнуло к каравану на положении работников, а кто и охраны. И детей в семьях было предостаточно. Работали ребята, за то время пока наёмник путешествовал с караваном, наравне со всеми, а то и больше. И только эта немногословная и слишком угрюмая для детей парочка стояла особняком от всего скопа пацанвы – в работе не участвовали, в играх с детьми тоже. Одетые в жуткие обноски, грязные и без какой-либо обуви, эти два мальчугана вели себя со всеми словно короли в изгнании. Более старшие ребята, буквально на второй день решили приземлить мелкоту, но не тут-то было – не догнали. А вот кто оказался слишком упёртым и длинноногим, сейчас щеголяли хорошими такими синяками на поллица. Такая расправа с детьми не добавила участия в судьбе ребят со стороны мамаш побитых детей, и понимания их отцов и старших братьев тоже. В конечном итоге, купчина запретил даже подкармливать ребят, объявив, что любая еда для них теперь только за выполненную работу.

Вчера вечером мальчишки приторговывали хворостом, обеспечив полкаравана дровами на ночь. Расчёта хватило на пару плошек чечевичной каши без масла и тем более мяса, и по кружке травяного взвара. А сегодня получили бы и жаркое, но вот как теперь рассудит купец… Ушер был уверен, не получат за свою работу ребята ни крошки хлеба, хотя и симпатии всех участников каравана были на их стороне.